Дверь тихонько открылась и закрылась, а из моих глаз невольно хлынули слезы от облегчения:
— Кирилл…
— Рыж, — негромко протянул мужчина, проходя и садясь на краешек кровати. С трудом поднявшись, я тут же упала в подставленные, такие надежные и родные объятия. И уже совсем не сдерживала слезы. А Кир, крепко меня обнимая, слегка укачивал в кольце своих рук, медленно гладя по волосам. — Чертенок мой… Во что же ты опять ввязаться умудрилась?
А я только жалобно всхлипывала, не зная, что сказать в ответ.
Да и стоило ли? Он уже наверняка все сам узнал.
— Где ты был? — тихо всхлипывала я, комкая пальцами свитер на его груди. — Этот прием, Богдан, Лена…
— Я знаю, Рыж, — еще крепче прижал меня к себе Кир, едва касаясь моей макушки губами. — Я все знаю. Я прилетел, как только услышал. Но ты была уже на Маврикии.
Меня на полном серьезе затрясло, а слезы останавливаться уже никак не хотели. Пускай Кирилл и знал, где я была, вряд ли он догадывался, благодаря чему именно я там оказалась… А рассказать я об этом не могла.
"Однако… со временем кончились и слезы, и истерика. И рассказать все-таки пришлось. И разговор был долгим. Надо сказать, что Кир отреагировал спокойно, а вот мне в процессе пришлось вызывать медсестру. Уж слишком многое свалилось на меня за последние дни — нервы капитально сдали, а реветь мне в моем состоянии не рекомендовалось от слова совершенно.
Надо сказать, что укол подействовал сразу, а вот спать пока как-то не хотелось.
Звонок мобильника Кирилла отозвался резкой болью в голове.
— Прости, Рыж, — виновато вздохнул Громов, доставая из кармана телефон. — Это твой отец. Он волнуется.
Я молча посмотрела на Кира. И видела — давать мне трубку он явно не хотел. Да и я к разговору с родителем я была ни то, что не совсем готова… Но со всем этим давно пора было кончать. Помедлив, я вязала телефон и приняла вызов:
— Да.
— Здравствуй, Рыжик. Маленький, ты как?
— Па-а-ап… Забери меня отсюда, пожалуйста…
***
Уже поздно вечером, убедившись, что Аня крепко спит, Кирилл вышел в коридор.
Правда, кроме нее в безлюдном помещении оставался еще кое-кто.
Привалившись плечом к стене возле двери, мужчина постучал костяшками пальцев по отделке из гипсокартона. Сидящей на скамейке светловолосый парень поднял на него усталый взгляд.