И пусть я не особо выбирала, что надеть, а схватила, что ближе висело, стыдиться не собиралась. Однако, щеки от замечания помимо воли запылали.
– Не сомневайся, я заметил, – буркнул он, оставляя последнее слово за собой. – Хотя в данный момент больше меня заботит отсутствие горячей воды. Не люблю, знаешь ли, принимать ледяной душ не по желанию."
"Гадаров, обойдя меня как сложное препятствие, спустился по лестнице и повернул в сторону подсобки, где размещались все технические узлы, краны и прочие непонятности.
Единственное, что четко понимала – Демид был без рубашки. И это зрелище завораживало, как никогда.
Загорелый. На груди совсем нет волос, только под пупком темнела небольшая полоска. Слишком широкие плечи и слишком рельефные руки впечатляли. У него была фигура спортсмена, а не адвоката. Плоский живот с очертаниями косых мышц переходил в узкие бедра, а те в своё время…
Господи, Сашка, угомонись! Дала себе мысленную затрещину, но куда там.
В голове уже нарисовалась красочная картинка, как все женщины, присутствующие в зале суда, где Гадаров выступает практически ежедневно, пожирают его восхищенным взглядом и строят наполеоновские планы по завоеванию и соблазнению, но мгновенно остывают и приходят в замешательство, когда слышат холодные, язвительные замечания, бьющие без пощады.
– Всё понятно, – проворчал тем временем Демид, открывая в подсобке дверцу утопленного в плитку шкафа.
Я была далека от понимания последствий, к которым могло привести отключение насоса, но сомневаться в словах Демида даже не думала. Он всегда прав. Потому просто кивала и, прикусив губу, восторженно наблюдала за игрой мышц на его плечах.
Завораживающее зрелище.
– Александра, подойди, покажу, что нужно делать, если кроме тебя никого не окажется дома, – всё еще недовольный голос Гадарова заставил прийти в себя.
– Ой, не надо, все равно забуду, – поспешила отнекаться. – Вот когда понадобится, тогда и разберусь. Сама.
Отступила на шаг, Но Демид ловко перехвалит за ладонь и дернул к себе.
– Сомневаюсь. За все двенадцать лет, что здесь живешь, ты ни разу этим не поинтересовалась.
– Потому что…
– Хватит.