У них никогда не было клопов, в доме всегда хорошо убирались, мачеха придирчиво следила за служанками. Леонта была отличной хозяйкой, это все признавали, она сумела в короткий срок организовать достойный прием для гостей из Алуэты.
Эдрик думает, что если он сын герцога, то ему позволено насмехаться над остальными. Смазливый красавчик, он привык, конечно, что девушки млеют перед ним, как сегодня ее старшие сестрицы. Да они просто в рот ему смотрели, лужицами растекались, слушая его тягучий медовый голос.
А то, что он говорил про какую-то Тайрию… Ильеста снова покраснела, вспомнив слова Эдрика. У него совсем стыда нет, раз говорит про такое, пусть даже и с другом!
У них, Аэрдисов, древний уважаемый род, они издавна живут в долине Арды, о чем говорит их фамилия, их предок Рен Аэрдис служил самому Ирвику Отважному, за что и получил эти земли.
Может, сейчас они не так богаты, но они с достоинством могут принять хоть самого герцога Ирвика Девятого!
Ей даже захотелось на миг выпустить Уллу, чтобы она догнала пресветлого и расцарапала ему красивое лицо.
Даже хорошо, что она подслушала этот разговор, просто в очередной раз убедилась для себя, что за красивым мужским лицом прячется куча пороков.
Ильеста сдерживала себя. Скоро столичные гости вернутся в Алуэту, и все пойдет как раньше.
Погладив Уллу напоследок, она вышла из сарая и пошла в дом, от всей души желая не встретить по дороге пресветлого Эдрика.
8.2
Вечером начались сборы в храм. Леонта критически осмотрела девушек и поджала губы, глядя на Ильесту.
— Твое платье никуда не годится, срочно что-то надо придумать. Люди решат, что мы обнищали!
Мачеха велела примерить ей несколько нарядов Дарьолы и Таиссы.
Тогда баронесса позвала двух служанок, и они принесли старые платья самой Леонты. Она указала на светло-зеленое платье из бархата, сшитого по старомодному фасону с длинной юбкой, расширяющейся вниз колоколом, и широкими рукавами-буфами. Мода на такие рукава прошла лет десять назад, это знала даже Ильеста. Местами бархат немного выцвел и потерся.