— А тебе, моя дорогая, чего не спится? — скептически обращаясь к экрану, Кирилл обнял Леру одной рукой и ответил сухо: — Да.
Лера едва слышала, о чём говорит ему жена, да и не пыталась вслушиваться. Но уловила ритм, с которым Настя произносила слова. Речь её лилась спокойно, уверенно и неторопливо. С достоинством королевы, снизошедшей до поздравлений своим подданным. Обязательных по этикету поздравлений и вынужденного сочувствия.
— Да, и тебя тоже с наступившим. Спасибо, что позвонила. Нет, к сожалению, не обошлось.
Лера кинулась забирать у Кузи потрёпанный предмет своего гардероба и прослушала, чем продолжился их разговор с женой. Только довольная улыбка на губах Кирилла говорила о том, что он пошатнул её ледяное спокойствие.
— Нет, Насть, не надо, спасибо, я справлюсь. Я верю, что твои соболезнования искренние. Как и забота обо мне. Конечно.
Он подмигнул Лере, включая свет в ванной, когда она показала, что хочет помыть руки, и улыбка его засияла ещё шире, и ещё злораднее."
"— Да, дорогая моя. И я буду пить кофе с кем хочу и когда хочу, не считая нужным ставить тебя об этом в известность… Вот когда забеременеешь, разговор этот станет предметным, а пока это уже не основание для отказа в разводе, а лишь необоснованные объективными обстоятельствами претензии.
Он коротко попрощался и отключился. Прислонился лбом к косяку. Уставший, измученный, совсем обессиленный. Лера так плохо знала, как ему на самом деле живётся, что ей стало стыдно, сколько нервов ещё и она ему вымотала просто так.
Лера погладила его по плечу. Кирилл слабо улыбнулся в ответ.
— Спасибо, что ты приехала, — протянул Кирилл руку и прижал Леру к себе. — Давай попьём кофе и поедем домой.
— У нас есть дом?
— Да, у нас есть дом, который ждёт тебя так же, как я. Каждый день. Всё ещё ждёт и никогда не устанет ждать, — он тяжело выдохнул и повёл Леру за собой за руку.
Нина Григорьевна ещё суетилась на кухне, когда они пришли.