По взгляду Басманова вижу, что всем достанется.
И мне — когда рожу — тоже.
— Буду.
Нагло вру.
Мы оба знаем: он один касался меня.
— Я бы никогда не забеременела от убийцы.
Зверь на грани. Его глаза темнеют. Крепкие руки впиваются в мое тело и тянут за собой.
— Я не люблю тебя! И он не твой! — кричу из последних сил.
— Ты моя. Поэтому молись, чтобы и он был моим…
Давид хочет вывести меня из квартиры.
Но Доменик где-то рядом, и я вспоминаю об этом лишь когда вижу его прямо перед собой. Он давно проник в эту квартиру и двигался по коридору в сторону моей спальни.
Доменик шел убивать меня, но Давид пробрался раньше. Никто бы не узнал об этой квартире, если бы Давид не привел ко мне своего врага, чтобы избавиться здесь от нас обоих.
— Доменик, — выдохнула я.
Сильная хватка обожгла пальцы. Давид не дал мне рассмотреть Доменика — он потащил меня обратно, к спальне. Закрыл собой даже не будучи уверенным, что я ношу его детей…
Наверное, это что-то значило.
Но из-за страха за малышей я не могла рационально думать.
— Давидо, куда ты ее прячешь? Думаешь, я пришел за ней? Мне нужен ты, сукин сын.
Доменик приближался."
"Давид закрыл нас в спальне на недолговечный замок и вытащил у себя еще один пистолет. Погрел в руках, проверил магазин… Он все проделывал хладнокровно, но по его напряженному рту я понимала, что дела плохи. Он один за четверых будет биться.
— Оставайся здесь. Ты все поняла?
Убийца готовился защищать меня и моих детей. Давид хорошо стрелял, я в нем не сомневалась.
Но внезапная вспышка натолкнула меня на мысль.
Я вцепилась в крепкую руку Давида и с отчаянием зашептала:
— Давид, он пришел не за мной. Он пришел за тобой, слышишь?
— Замолчи, — он не поверил.
Я знала, что Доменик мог убить меня раньше, но он этого не сделал. Он отпустил меня. И сейчас не станет, потому что у него была другая цель.
Давид сцепил челюсти, оттащил меня ближе к балкону и велел спрятаться за мебелью.
— Сиди тихо. Я разберусь со своим братом и вернусь за тобой.
— Братом?
Я читала, что Давид был приемным в семье Басмановых, но о родной семье своего убийцы я ничего не знала.
— Мое настоящее имя — Давидо.
Давид снял оружие с предохранителя и огорошил:
— ДомЕнико — мой брат. Кровный. И настал час покончить с этим.
Глава 18
Когда Давид ушел, спрятав меня между мебелью и балконом, я притихла.