А все, чего не было, приносила Маша.
Я ссутулился и глянул на врачей: молчаливые, бесстрастные лица не выражали ничего. Я схватился за телефон.
— Я звоню Эльдару.
Не хотел этого делать, но не мог я тягаться с Эмином сейчас, когда жизни Жасмин угрожает опасность.
— Да, сынок?
Сонный голос из трубки. Отец. Не родной, но воспитавший.
— Отец, я в Волгограде. И мне нужна помощь.
— Волгоград?! Какой черт тебя туда привел?
— Обсудим потом. Мне надо доставить человека в Москву. Она в тяжелом состоянии.
— Она?
Я мрачно улыбнулся.
Будет сюрприз…
Я стоял у окна, когда солнце поднялось из-за горизонта. Не мог я больше смотреть на нее такую. От бессилия сводило челюсти. Отец без вопросов выслал вертолет… оставалось только ждать.
Утром Игорь помог с медсестрой и Паниной. Не сам — вызвал своих ребят. У него в каждом городе были свои люди, даже в Волгограде. Не человек, а золото.
Спустя часы кропотливой работы я услышал усталый вздох. Обернулся, встретив такой же усталый взгляд одного из врачей.
— Показатели приходят в норму. Девушка будет жить.
Я вернулся к Жасмин. Ее щеки приобрели розовый оттенок, а губы — все такие же искусанные в боли — стали понемногу наливаться кровью.
Ну вот, моя девочка. А ты сбежать от меня хотела. Не вышло. Будешь жить.
— Давид, здесь больше оставаться нельзя. Заступила смена. Вызовут копов, — напомнил Игорь.
Я повернулся к Маше.
— Нам нужно попасть на крышу. Отправим Жасмин и детей в Москву.
— Я помогу.
Там будет ждать отец, надежная медицина и безопасность.
Я обвел взглядом всех присутствующих. Они кивнули, понимая: каждый из них проделал тяжелую работу.
Этой ночью я спустился в самый ад.
И встретился с самим дьяволом.
И еще, кажется, обрел семью. Осталось дождаться возвращения в Москву и когда Жасмин придет в себя. Уверен, с этой строптивицей и дальше будет нелегко.
Глава 23
Жасмин
— Знаешь, как бы я назвал дочь от тебя?
— Не знаю…
— Жасмин.
Так сказал Давид.
Тогда я ушла на кухню и сделала ему кофе… без сахара, как он любит.
А потом Давид уехал.
Поцеловал меня на прощанье, будто между нами была сильная любовь, и уехал.
В тот день он отправился убить Доменико. Мужчину, который заменил мне всех: наставников по жизни, мою первую любовь…
— Ты не убьешь его. Ты не убьешь…
Мне хотелось в это верить, ведь я не хотела смерти своего учителя.
Тогда я еще ничего не знала.