— Сиди тихо, — я глянул на Жасмин, — скоро вернусь.
Тонкая рука сжалась на моем запястье. Я обернулся.
— Не ходи, — попросила она.
— Что?
— Ты сидел из-за нее. Не ходи.
Жасмин знала непозволительно много.
«Монарх» научил ее многому. Подготовил профессионально.
— Вижу, что моя жизнь у тебя на ладони. Что я любил ее — ты тоже знаешь?
Жасмин отшатнулась. Выражение ее лица сменила горечь.
Не ревность.
Просто горечь.
Жасмин, конечно, не умела ревновать.
Я выбрался из машины и кивнул Диане в знак приветствия.
— Ты здесь одна? Совсем не изменилась.
Диана до сих пор чувствует себя виновной в моем заключении, я понял это по разговору. Хотя это были наши с Шахом разборки, и ее они не касались.
Скоро подъехал и сам Эмин. Я пробовал понять, замешан ли он в делах с Жасмин, но держался он нейтрально. Эмин, ревнивый идиот, быстро увел Диану, но превосходства в его глазах я не заметил.
Я задумчиво потер подбородок.
Шаху море по колено: он же и против мира пойдет, если это заденет его интересы, но опускаться до девчонки Эмин не станет.
Я вернулся к машине и открыл пассажирскую дверь.
Хотел убедиться, что Жасмин не сбежала. Что она ждет меня, наблюдает… возможно, ненавидит.
— Заждалась, красавица?
Я улыбнулся.
Она — нет. Видно, что ее мучали вопросы.
— Тебе смешно? — Жасмин вскинула брови, — я сижу в наручниках как преступница и жду, пока ты наболтаешься с ней! И как, приятно?
Я бросил взгляд в сторону: Шах с женой уходили прочь. Мне здесь больше делать нечего.
— Что — приятно? — я не понял.
— Болтать с той, которая усадила тебя за решетку! На пять лет!
Жасмин вспыхнула.
Моя тюрьма не давала ей покоя, и я понимал, в чем дело.
— Так бесишься, потому что не терпелось убить меня раньше? — я сощурился.
Ее губы безмолвно распахнулись — Жасмин хотела заметить, какой я ублюдок, но в последний момент передумала.
Я хлопнул дверью.
Выводить из себя — способность, данная этой девчонке от природы.
Когда я вернулся в машину, Жасмин набросилась на меня с расспросами.
— Кто этот мужчина? Это ее муж?
— Да, Эмин Шах. Враг номер два.
— Я слышала о нем, просто раньше не встречала, — задумалась Жасмин, наблюдая за ними сквозь лобовое.
— Встречать Шаха нельзя, Жасмин. Тебе — нельзя. Сукин сын может отыграться, а мне уже хватает одной проблемы.
Я посмотрел на нее внимательно. Я был бы чертовски рад, если бы сегодня утром Жасмин указала на фотографию Эмина Шаха.