— Филипп, но мы же одни, — робко заметила Женька.
— Тебе неприятно? — прямо спросил мужчина.
Женя широко распахнутыми глазами смотрела на него. Фил снова подошел ближе, приподнял ее под попку и посадил на свой просторный стол. Расположился меж ножек, взял нежные щеки в свои ладони. Опять этот взгляд — чистый, открытый. Искры фиолетового в карих глазах, красноватые от поцелуев губки. Филипп снова хотел почувствовать их вкус.
Они целовались долго, упоительно. Женька доверчиво тянулась ему навстречу, крепко держалась за его спину, чуть постанывала.
Они оба вздрогнули всем телом от резкого поворота ключа. Взгляды впились в дверь, через мгновение в ней показался Артем.
— Петровский, какого черта? — просипел Фил. Он развернулся, закрыв Женьку собой.
— Извини, мне сказали, ты ушел на обед, — Тёма не устыдился, а даже как будто был раздражен.
— Так, ладно, — выдохнул Филипп, — иди к себе.
Артем медленно вышел, и уже потом Фил понял, что даже не спросил о цели посещения своего кабинета. Ключ управляющий имел с давних времен, и у Филиппа как-то не доходили руки забрать. Похоже, с этим стоит поторопиться.
— Прости, — он повернулся к девушке.
Она слезла со стола и только хмурилась, опустив глаза. Филу снова захотелось обнять и поцеловать это растерянное создание. Но он вдруг вспомнил, что она голодная. Да и сам ощущал потребность перекусить.
В обед они поели рыбы с овощами в кафе на территории базы.
Девушка могла бы ждать его в машине, но вдруг тоже захотела пройтись с ним в заведение и посмотреть меню. Она никак не могла определиться со своим личным заказом. Фил, не раздумывая, крепко взял ее за руку, а у стойки обнял со спины, словно оберегая от всего мира.
— Здравствуй, Чудов.
Филипп был занят щебетанием Жени и не сразу понял, что позвали именно его. Он выпустил девушку из объятий, повернулся. Напротив стоял владелец сети быстропита — Чернопольский.
— Добрый вечер, — Фил добавил в голос равнодушие.
— Совсем вышел из формы? — с усмешкой поинтересовался давний знакомый. — Перешел на фастфуд?
— Все нарушают, — приподнял брови Филипп, — уж тебе ли не знать.
Чернопольский засмеялся.