Забрели в кабинет Аллы Григорьевны, где пробыли еще около часа, обсуждая городские новости и планы сотрудничества. День двигался к концу.
— Давай, я отвезу тебя, — Филипп все же не сдержал распорядительные нотки. Но он действительно не собирался отпускать девушку одну.
Женька примолкла. В ней явно боролось желание поспорить и вечерняя усталость, которая советовала принять его предложение. Фил не стал ждать, пока упрямство девушки победит и легонько дотронулся до ее плеча.
— Идем?
Наконец она улыбнулась и кивнула.
Когда был окончен путь, как, впрочем, и этот день, молодые люди были почти приятелями. И, казалось бы, в этот момент Филиппу стоило вновь предложить Жене взаимовыгодную сделку. Но он вдруг понял, что совсем не хочет договора.
Нет, она не перестала его привлекать! И даже все еще чем-то напоминала обожаемую Лену. Но он проникся к ней каким-то трепетом и уважением. У него не поворачивался язык просить ее перекроить свою жизнь только потому, что он хочет ею обладать. Эта деликатность была совсем не в характере боксера. Эмоции к Жене сбивали с толку. Он не хотел с ней расставаться и в то же время понимал, что лучшим выходом будет оставить ее в покое. Помогать школе и не более того.
Они стояли друг напротив друга у подъезда Риммы и никак не могли распрощаться. Хватались за какие-то темы, натянуто смеялись. И в конце концов момент расставания был полностью исчерпан.
— Спокойной ночи, — Фил слегка улыбнулся.
— Спокойной, — личико девушки тоже озарилось, — спасибо еще раз за все и прости… что вела себя так резко.
— Ты тоже извини за мою навязчивость, — искренне произнес мужчина, не узнавая сам себя.
Он протянул ей ладонь, она взялась за нее и зачем-то шагнула на встречу.
Девушка ответила, здесь не было сомнений. Неумело, но так отчаянно и страстно. Филиппа затрясло и бросило в жар от робких движений мягкого язычка. Вкус ее поцелуя был напитан летом. Ароматом загорелой кожи, цветов, листвы, томящихся под знойным солнцем. Студеного кваса, который они купили по пути, повинуясь порыву.