Я всегда чувствовала себя курицей потому, что не любила читать, не умела играть в шахматы — в общем, не была такой умной, как ты.
— Глупости! Любовь к чтению или шахматам вовсе не свидетельствует о гениальности. Ты можешь общаться с людьми, с твоим появлением в комнате становится светлее, а уж в уходе за растениями тебе нет равных, а вот при моем появлении все живое вянет.
Джессика засмеялась.
— Ну, не преувеличивай!
— Неважно! Все равно ты особенная, лучик солнца среди туч.
На глаза Джессики навернулись слезы.
— Никогда не думала о себе вот так. Мне всегда казалось, что ты ни в чем не хочешь быть похожей на меня. Я всю жизнь старалась быть идеальной, поступать только правильно, быть доброй, потому что ты у нас умная.
Элизабет пожала сестре руку.
— Все так и есть, Джесс. Нет умной и нет доброй — есть ты и я. Все благодати у нас пополам: мы же близнецы!
В ответ Джессика улыбнулась.
— Полагаю, ты права.
— Подумай вот над чем, — продолжила Элизабет. — Если бы Ситон действительно был тем, кто тебе нужен, ты запомнила бы его поцелуй и захотела его повторить.
Вздохнув, Джессика опустила плечи. Лиз, конечно, права. Все, что она говорила, правда. Если бы лорд Ситон был тем мужчиной, о котором она мечтала, от его поцелуя она встала бы на цыпочки и обняла за шею в ожидании продолжения.
— Эйден совсем не идеален, но я не перестаю думать о нем.
— Вот именно! — кивнула Лиз. — И тебе хочется целоваться с ним опять и опять, ведь так?
Покусав губу, Джессика кивнула и призналась:
— Да, очень.
"Склонившись к ней, Элизабет взяла ее руки в свои.
— Идеальных людей не бывает, если хочешь знать. То, что считаешь таковым, порой вовсе им не является, просто нечто дает тебе ощущение, что ты самая лучшая. Правда заключается в том, что тебе больше не нужно стараться во всем быть эталоном. Никогда.
Волосы на затылке у Джессика встали дыбом, дыхание пресеклось.
— О, боже! Лиз, ты ведь абсолютно права! — воскликнула она, выпрямившись на постели. — Мне не нужно притворяться. Я сама себя в это завлекла, сама могу и остановиться в любое время.
— Именно! — лукаво усмехнулась Элизабет. — Выбери, что понравится.