Адриан стоял рядом, его лицо было непроницаемо, но я видела, как напряженно он всматривается в тени между скалами, как его рука лежит на рукояти короткого меча, а в воздухе вокруг него едва заметно потрескивает магия, готовая в любой момент сорваться в защитном заклинании. Все мы — и орки, и магистр, и я — ожидали нападения. Такая демонстрация силы не могла остаться незамеченной.
Но его не произошло. То ли наш таинственный враг был ошеломлен тем, как мы расправились с пауками, и решил не рисковать, то ли он затаился, готовя еще более сокрушительный удар, когда мы будем наиболее уязвимы.
Мне удалось спокойно закончить готовку. Когда каша была готова, она светилась изнутри мягким золотистым светом. Я разлила ее по мискам, и орки, один за другим, подходили и брали свою порцию. Новоприбывшие делали это с опаской, недоверчиво принюхиваясь к дымящейся еде.
Они сели в стороне и начали есть, настороженно прислушиваясь к своим ощущениям. И я видела, как меняются их лица. Сначала удивление, потом — неверие, и наконец — чистый, незамутненный восторг.
Когда обед был закончен, настроения в лагере изменились кардинально. Вместо уныния и недоверия в воздухе царили воодушевление и надежда. Споры между вождями прекратились — теперь они обсуждали план подъема как союзники, объединенные общей целью.
— Время, — сказал Адриан, и его голос прозвучал как сигнал к действию.
Лагерь был собран в считаные минуты. И мы — объединенный отряд из четырех орочьих кланов, мага и одной странной кухарки — начали подъем по склону Железной горы, навстречу неизвестности.
Глава 35
Железная гора, казавшаяся до этого просто огромным каменным пиком, вблизи оказалась целым миром — суровым, негостеприимным и полным затаенной, древней мощи. Мы шли по узкой тропе, вьющейся по склону, как змея. Под ногами хрустела мелкая каменная крошка, смешанная с рыжей рудой, которая пачкала сапоги и одежду, словно мы ступали по засохшей крови.
Орки, казалось, чувствовали себя здесь лучше. Их мощные легкие справлялись с нехваткой кислорода, а широкие ступни уверенно находили опору на предательских осыпях.