Однако ответ «я, разумеется, тоже Мактавиш» ни о чем ему не сказал, тем более что в этих местах каждый второй, вероятно, носил такую фамилию. Сэр Генри слишком устал и промерз, чтобы требовать дальнейших объяснений.
– Лорду Арчибальду уже сообщили о моем приезде? – осведомился он.
– Старик давно третий сон видит. Он ложится с петухами и поднимается до восхода солнца. Но вы вполне можете сказать мне, что привело вас сюда, а я ему передам.
Очевидно, молодой Мактавиш действительно управляющий или секретарь и ведет дела сэра Арчибальда, поскольку обзавелся собственным кабинетом.
– Я здесь для того, чтобы забрать с собой и увезти внука сэра Невилла.
Как ни странно, это откровенное заявление позабавило горца: уголки губ чуть приподнялись, совсем чуть-чуть, но сэр Генри сразу это заметил. Да и в голосе собеседника зазвучали шутливые нотки.
– Неужели? – протянул он. – А если этот внук не хочет, чтобы его забирали и увозили?
Сэр Генри тяжело вздохнул.
– Пожалуй, мне в самом деле стоит обсудить это с лордом Арчибальдом, – объявил он.
– Вы так считаете? А не думаете ли вы, что его внук, достигший совершеннолетия, вполне способен сам решить свою судьбу?
К этому времени сэр Генри был уже так измучен, что дал волю раздражению.
– Тут нечего решать, молодой человек, – отрезал он. – Обещание было дано, и теперь лорд Невилл требует его выполнения.
Услышав это, молодой человек резко выпрямился и угрожающе свел брови:
– Какое еще обещание?
– Лорду Арчибальду это известно, как и то, что настало время…
– Какое… еще чертово… обещание?! Я и есть внук Арчи, да и Теккерея тоже, и мне виднее, как поступить!
– Вы и есть Дункан Мактавиш?!
– Да, и вы немедленно объясните мне, какого дьявола все это значит!
Глава 5
– Господи, неужели вам до сих пор не сказали?
Дункан вскочил как ошпаренный и, опершись о бюро, заорал едва не во весь голос:
– А что, разве похоже, будто я знаю, о чем вы тут толкуете?!
Сэр Генри не верил собственным ушам.
"Поверенный упрекал себя в том, что сразу не догадался, кто перед ним. Стоит лишь заглянуть в глаза этого человека.