Я и готовка, кто бы мог подумать? В итоге убиваю целый час, слоняясь по супермаркету в поисках нужных ингредиентов для бефстроганов, и еще полтора на то, чтобы их приготовить. К моменту того, когда тарелки, наконец, стоят на столе, мы с Камилем настолько голодны, что поглощаем их содержимое жадно и в молчании.
Огорчает одно: мы не можем обсуждать мою новую работу. Я было попыталась однажды, но Камиль сразу дал понять, что с ним этого делать не стоит: отвечал сухо и почти сразу перевел тему. А рассказать мне есть что.
Во-первых, в офисе Виктора мне сразу был выделен отдельный кабинет, чем я раньше не могла похвастаться, во-вторых, рекламный бюджет мне подписали за пару минут, едва на него взглянув, при том, что был он далеко не маленьким. В-третьих, меня по какой-то причине невзлюбила секретарь Погорельцева. Стоило мне только обратиться к ней, она симулировала сильнейшую занятость, мешающую ей выполнить мой запрос. И это при том, что с другими сотрудниками она была услужливой и милой.
Завидев на экране номер Камиля, я начинаю улыбаться.
— Какие сегодня планы? — спрашивает без приветствия, с ходу.
— Дай угадаю: ты только что виделся с Булатом? — ехидничаю я.
— Откуда такие мысли?
— Это он обычно разговаривает так, будто экономит слова, и заражает остальных. А где же: «Добрый день, милая Дина, — шутливо декламирую я. — Я безумно по тебе скучал?»
— Добрый день, Дина, — повторяет Камиль. — Я успел по тебе соскучиться. Какие планы на сегодня?
Моя улыбка становится шире.
— Как ты смотришь на то, чтобы свозить меня в торговый центр сегодня? — отвечаю я, подумав. — У меня загнулся пылесос."
"Такая простая, на первый взгляд, просьба дается мне нелегко. Пылесос сломался в начале недели, и все это время собиралась заехать в ближайший магазин техники, чтобы купить новый.
— Конечно, — невозмутимо отвечает он. — Давай съездим.
Я чувствую облегчение.