Погладив бороду, Григорий Михайлович кивает на коробку, что лежит на столике рядом со мной.
— Это пирожные, которые ты обещал привезти?
— Да.
— Я прикажу подать чай.
Он жмёт кнопку на селекторе и отдаёт поручения, а затем отпирает двери и встаёт из-за своего высокого стола. Проходит и садится в кресло рядом со мной.
— Понимаешь ли, Белозерская была в ярости, когда узнала про завещание Светы, — начинает он. — Она встретилась с Юрой и пыталась уговорить его, чтобы Максим вернул ей долю Цитаты, которую тот получил.
— Дайте угадаю. Он сказал: «Если не хотите потерять ещё долю, избавьтесь от бастарда».
— Почти слово в слово, — хмуро кивает дедушка. — Ты должен понять, что это были всего лишь слова. Ты уже неплохо узнал своего старшего дядю, он порой говорит вещи и похуже, но далеко не всегда претворяет угрозы в жизнь.
Я только пожимаю плечами. Да, это действительно так. Вывести Юрия из себя ничего не стоит, однако его гнев довольно быстро иссякает.
Правда, это не значит, что его можно бесконечно дразнить. Потому что, если разозлить его по-настоящему, он будет проливать кровь, не сомневаясь и не раздумывая. Максим рассказывал, что на его счету как минимум несколько убийств.
— Однако это ещё не всё. Когда графиня сказала, что она так и сделает, Юра ничего мне не сообщил. Он спокойно наблюдал даже тогда, когда ты попал в больницу. Хотя прекрасно знал, что меня тоже беспокоит это происшествие, — князь откидывается на кресле.
— Да, когда вы заставили её написать обязательство о неразглашении. Надо полагать, оно было именно об этом.
— Об этом и о том, что она вообще пыталась тебя убить.
Раздаётся осторожный стук в дверь, и князь гаркает:
— Войдите!
Появляется симпатичная секретарша средних лет. Выглядит она исключительно по-деловому, однако я не могу не обратить внимание на стройную фигуру и исходящий от неё приятный лёгкий запах духов.
Секретарша здоровается со мной, ставит на столик поднос с чаем и удаляется. Бросаю короткий взгляд ей вслед, оценивая вид сзади.
— Ей столько же, сколько твоей матери. Тебе и правда нравятся женщины постарше? — с ухмылкой спрашивает дедушка, замечая мой интерес.
— Ничего не могу с собой поделать, — пожимаю плечами я.
Стерев усмешку со своего лица, дедушка берёт заварочный чайник и разливает чай по чашкам.