Ее протопили, высушили все перины, отмыли и выстирали…
— Да бог с ней, — перебила его Саша, — что конюшни?
— Конюшни? — он рассеянно потер лоб. — Конюшни я не проверял.
— Да чтоб вас, — вспылила она, — что за дело мне до портьер! Не станете же вы, подобно отцу, относиться ко мне как к ребенку.
На его лице мелькнула улыбка, будто она сказала что-то смешное. Михаил Алексеевич смотрел на нее с такой терпеливой добротой, будто Саша ему во внучки годилась, и это обескураживало.
— Военно-конская перепись, — прочитала изумленно и взялась за другой том, — конские породы, отечественное коневодство, справочник коневого лекаря, искусство врачевания животных… Что это, Михаил Алексеевич?
— Готовлюсь к отъезду, — ответил он с прежней улыбкой.
И Саше немедленно захотелось его расцеловать, но она строго напомнила себе, что нельзя вот так запросто пугать управляющего, который, похоже, действительно собрался выучить о лошадях все.
— И чирий вы Гришке свели, — припомнила она, мигом подобрев, — где такому выучились только."
"— По книжкам, — признался он простодушно. — Я, Александра Александровна, в некотором роде книжный червь.
— И охота вам глаза портить…
— Саша! Сашка! Немедленно ступай сюда! — раздался громкий и взволнованный голос отца. — Да где ты?
— Батюшки, — она даже подпрыгнула от удивления.
Отец ввалился в комнату — покрасневший с холода, распахнутый, явно довольный. Подхватил Сашу вместе со стулом — она взвизгнула, засмеялась, вцепилась в его плечи, — покружил, поставил на место и погладил по растрепавшимся волосам.
— Все, Сашка, отменяй сборы, — объявил он, сбрасывая тулуп на диван, — все отменяй.
— Папенька, вы сбрендили?
— Матушка-то наша свет Величество распорядилась учредить фехтовальные дуэли среди фрейлин, — сказал отец и оглушительно захохотал. — Скучно им, маетно бедным при дворце! Балы да машкерады уже приелись, вот и придумали забаву. Так что ты им покажи, что такое кровь Лядовых!
Саша насупилась, отодвинулась даже вместе со стулом, приготовилась держать оборону.