- Не волнуйся, без работы не останешься.
Его слова больно обжигают, но я не должна показывать этого. Дамир уходит, а я остаюсь одна. И только звук закрывающегося замка заставляет вздрогнуть.
Я все жду, что он вот-вот вернется. Но проходит время, а мужчины все нет. Все же принимаю душ. Хоть я и готовилась к поездке, но решаю не пренебрегать советом Дамира. Может, у него заскок на водных процедурах, и так он будет спокойнее и добрее?
Но даже когда я заканчиваю, он не возвращается.
Окон в комнате нет, так что я весьма смутно представляю сколько сейчас времени - телефон у меня отобрали, а часов я не ношу.
От нечего делать обхожу комнату, осматриваюсь. Все жду, что щелкнет замок, и дверь откроется.
А устав ждать, забираюсь на постель, решив, что в любом случае окажусь на ней, и устроившись поудобнее, пытаюсь хоть немного “отрепетировать” в мыслях линию поведения с клиентом. Сама не замечаю, как засыпаю. Зато просыпаюсь в темноте. И не одна…
-3 Дамир -
Стоит войти в комнату, как тут же попадаю под пристальный взгляд Семена.
- Недоволен, - констатирует он. Я лишь веду плечом, выдавая свое настроение.
Знает ведь старый лис, что у меня женщина, и все равно дернул.
- Ну, ничего. Сейчас подобреешь, - усмехается многозначительно. - Садись.
Молча усаживаюсь напротив главного вора в законе, который держит здесь всех в кулаке.
- Да не хмурься, Демон. У меня хорошие новости.
Едва заметно морщусь от прозвища, которым меня тут одарили. До сих пор слух режет.
Вейхман выжидающе смотрит. Глупо. Ждет, что начну спрашивать. К чему? Все равно все расскажет сам.
- Я тебе обещал помочь достать Басманова. Весточка пришла. По твоему делу.
Струна внутри натягивается. Наконец-то.
- Ближе к делу, - скупо роняю, с трудом удерживая в узде эмоции.
- Ты искал слабое место Гриши. Оно у него есть. Дочь. Молодая совсем.
- Имя.
Вейхман отвечать не торопится.
- Скажи, ты уверен в том, что задумал? Девочке едва восемнадцать стукнуло.
- Моя сестра и до семнадцати не дожила, - цежу, все же срываясь. Прикрываю глаза, душа на корню ту черную ненависть, что готова выплеснуться.
Этот яд слишком долго живет во мне. Слишком я сросся с идеей мести ублюдку, который вынес приговор моей младшей сестрёнке.
- Справедливо.