Поделилась с тобой наша Яночка, теперь ты вон какой румяный персик, — ухмыляется, пока я перевариваю.
Кровью поделилась, значит. Вау. Это, блять, мне сейчас сносит башку окончательно. Я прикидываю уйму вариантов, как бы ее отблагодарить, но все они упираются в то, что я лежу тут овощем и принимаю капельницы, будь они неладны!"
"По вене вместе с особым трепетом от того, что теперь у меня внутри частичка Кудрявого облачка, пускается еще и странная злость на собственное бессилие.
Да все, подлатали и ладно! Хер ли мне тут лежать? Сколько можно? Глотаю поглубже воздух и сразу хмурюсь…Ну да…вот столько, пока не пройдет, наверное.
Особое волнение локализируется внизу, ударяя импульсы возбуждения совсем не туда, куда сейчас очень надо. А надо в мозг! Он у меня вообще раскалывается.
В голове же одна Яна стоп-кадрами гуляет, мелькает и мелькает, аж все кружится.
— Воу, боец, ты там полегче, а то я не готова увидеть картинки 18+ в палате военного госпиталя.
Она выразительно указывает на мой пах, и я улыбаюсь шире.
— Утренняя эрекция! — рапортую без тени смущения, мне за мой стояк должно быть стыдно только в бане с мужиками, а в остальном гордиться чем есть всегда.
— В обед! Начну думать, что на меня…
— Вы прекрасны, спору нет, а когда Яна зайдет?
Любовь Ивановна закатывает глаза и бросает беглый взгляд на меня, а потом на часы, что-то прикидывает в голове и уверенно заявляет:
— У Яны пары, она только к трем тут будет. Не вздумай вести себя с ней как озабоченный солдафон.
Порыв предупреждения ударяется в лицо немыслимой бурей эмоций, искрящих как замкнутая проводка.
Дочь мэра…Красивая у мэра дочь, я о нем не так много знал, но видел, конечно, да имел представление, что мужик хороший.
Хочу себе.
Дочь Мэра.
Нежное Кудрявое Облачко…
— Херня вопрос.
— Вот это по-нашему, дерзай, боец. Но напоминаю, что выиграть сражение…
— Не значит выиграть войну, — повторяю, глядя ей в лицо.
Хорошая тетка, поможет. Наверное. Ну или на крайняк оторвет мне яйца…
ЯНАЯ просыпаюсь со стойким ощущением усталости.