Лед не зря муштровал нас дни напролет: доводил действия до автоматизма. С оружием в руках я сделалась воином.
Миромир на миг зазевался, открывая не защищенное курткой запястье, и я рванула к нему. Он отбил мой удар и засмеялся.
– Не так быстро, Дейрон!
Следует признать, Хоффман его отлично обучил. Эфоры знали свое дело, не зря их избирали из числа лучших.
Атаки и контратаки следовали одна за другой. Мелькнула щека Миромира – чиркну, и победа моя. Такое искушение! Но договор есть договор, даже если Миромир любит украшать себя шрамами.
"И вдруг… На запястье будто из ниоткуда возник паук. Жирный, гадкий, он перебирал мохнатыми лапами. Откуда он взялся? Свалился с потолка? Наверняка ядовитый!
Пискнув, я дернула рукой. Эта ошибка стала роковой.
Миромир выбил стик из моих рук, и тот, загрохотав, покатился по доскам арены. Я инстинктивно подняла ладонь, защищаясь.
– Просто царапина, – сказал он, занося стик.
Эх, ну ладно. Все справедливо. Не падали бы здесь пауки с пыльных потолков – победа осталась бы за мной.
Серебристо-серое лезвие Луча почему-то вспыхнуло не белым отсветом, а желтоватым, как будто… Я догадалась за миг до гибели: на острие стика Миромира яд!
Все, что я успевала, – упасть на пол. Чуть дальше от острия и на мгновение дальше от смерти.
Мир погрузился во тишину.
– На лезвии яд! – рявкнул хорошо знакомый голос.
Живая? Я приоткрыла один глаз и увидела Эйсхарда, который крепко удерживал стик, нависший надо мной. Успел перехватить его буквально в волоске от моей выставленной ладони.
У Миромира кровь отлила от щек, он тут же разжал руки. Эйсхард отбросил оружие к бортику. Рывком поднял меня и принялся вертеть туда-сюда мои ладони, отыскивая малейший порез.
– Я не знал! – крикнул Миромир. – Клянусь!
– Я в порядке… – прошептала я.
Кадеты вскакивали с мест, переговаривались, перекрикивались. Эфор Хоффман метнулся на арену.
– Ты проверял стик перед боем, кадет?
– Н-нет…
Да кто из нас проверял? Мы все понадеялись на второкурсников, и кто-то из них налажал. Теперь концов не найти.
Члены комиссии сблизили головы, совещаясь. На столе перед ними лежал злополучный стик.