— Кто там сейчас живет?»
И тут же охнула, завидев издалека чернеющий остов трехэтажного здания."
"— Чур меня, чур, — прошептала не сдержавшись.
— Испугалась, Кать? — весело осведомился Плотвичкин. — Тут когда-то роскошный дом стоял. Кто-то поджег.
— Враги? — более чем равнодушно поинтересовалась она.
— Да кто же его знает, — передернул плечами Митька. — Слухи разные ходят. Теперь вон стоит заброшенный. Даже восстанавливать не стали.
— Страшное зрелище, — поморщилась Катя и, постучав ладошкой по лысине любовника, осведомилась лукаво: — А другого пути к озеру нет?
— Не-а, — Старательно объезжая огромную лужу, передернул плечами Митька и, выехав на широкую грунтовую дорогу, прибавил скорость.
Озеро встретило Катерину закатом. Красное солнце пылало над серой водой, а заросшие травой берега казались рамой, облагородившей картину мироздания, самого лучшего и признанного художника. Катя долго всматривалась в камыши, почти со всех сторон окруживших озеро. Казалось, что там кто-то сидит.
«Ерунда», — мысленно отмахнулась она и, недолго думая, принялась разбирать сумки, но Митька, поставив палатку, не дал ей этого сделать.
— Сам управлюсь, Катюша, — хохотнул он. — Ложись отдыхай, а я баулы разберу и порыбалю.
Катя еще раз огляделась вокруг.
— Хорошо, что ты меня сюда привез, — поблагодарила она Митьку, клюнув его в небритую одутловатую щеку.
— Иди уже спать, Наумова, — радостно хмыкнул тот, шлепнув ее по заднице. — Сейчас мне всю рыбу распугаешь.
Катя улеглась на надувной матрас, застеленный покрывалом.
«Вот достанется кому-то такой прынц, — тяжко вздохнула она и тут же голосом бабушки заметила строго: — А могла бы выйти за него замуж после школы и каталась бы как сыр в масле. Ага, — хмыкнула Катя, отвечая давно умершей старухе. — Каталась бы по полигонам где-нибудь в тайге. Вышел, бабуля, твой Плотвичкин в отставку капитаном, даже до майора не дорос!»
Она отмахнулась от вздорных мыслей и уставилась в проем палатки, прикрытый лишь тонкой москитной сеткой.
— Хорошо здесь, — прошептала, засыпая. — Воздух свежий.
А проснулась от Митькиного храпа и перегара, провонявшего всю палатку и округу.
— Твою мать, — гневно хмыкнула Катя, вылезая наружу. Чуть в стороне от озера висела полная луна, где-то в траве слышался шелест, видать, копошилось какое-то животное или птица.
— С ума сойти, — прошептала чуть слышно Катя и полезла обратно в палатку будить Плотвичкина.