Она улыбнулась своим фантазиям:
«Вот чепуха, — хмыкнула про себя, зарываясь пальцами в волосы Алтаева. — Несбыточная прикольная ерунда!»
— Нас видно из дома? — прохрипел ей на ухо Марат.
— Нет, — пробормотала она, — разве что со второго этажа, но он заперт.
Алтаев отмахнулся, не желая вникать в ненужные подробности. Мало что соображая, он попытался уложить Катерину на широкую качель.
— Там сбоку стопор, нажми, — деловито велела она и сама надавила на какой-то рычажок с другой стороны. Спинка откинулась назад, превращая безобидные качели в самый настоящий сексодром.
— А твоя мама? — настороженно поинтересовался Марат.
— Она не любит групповухи, — фыркнула Катя, притягивая Алтаева к себе.
— Стерва, — просипел он, намереваясь стянуть с нее пижамные штаны.
Марат сам не понял, почему повернулся и уставился на темные окна второго этажа. В свете фонарей, осветивших помещение со двора и с улицы, различил силуэт человека, пристально наблюдавшего за ними.
— Катя, — прошептал Алтаев, прижимая любимую к себе, и кивнул на темные окна.
Глава 10.
Феликс Сарычев засиделся допоздна на работе. Естественно, Роза Равильевна, дорогая теща, нигде не состояла, не привлекалась, не участвовала и даже вовремя платила налоги. Он уныло почесал голову и задумался над тем, как бы досадить Катерине.
«Цветочки, вибратор-тезка! Не слишком ли много на себя берешь, дорогая? — мысленно пробурчал он. — Может, затеять в собственной квартире ремонт и временно поселиться у бывшей жены? Но Катерина вряд ли пустит в свою квартиру на пмж: у родителей большой двухэтажный дом и еще флигель во дворе.
В кабинет заглянул сам генерал Горенко, прозванный в народе Ахматовым, поинтересовался устало:
— Феликс, а у тебя ничего пожрать не найдется?
— Конечно, Андрей Юрьевич, — радостно и подобострастно вскинулся Сарычев.
— А-а-а, — вспомнив, заулыбался генерал. — Они у нее вкусные. А вы с Катюхой помирились, что ли? — недоверчиво осведомился он.
— Да-а-а, — тут же нашелся Сарычев и, потупив взор, напустил тумана: — Работаем над этим.
— Ну и молоток, — кивнул Горенко и, прихватив еще один пирожок, направился к выходу.