Нитки и ноги пауков покрыли фосфором, и, размещенные так, чтобы днем свет попадал на них и насыщал фосфор, по ночам они слегка светились. В ближайшем от входа углу выставили из тончайшего белого шелка макет привидения с расставленными руками, а внизу, под ним, поставили большую свечу. Горячий воздух, поднимаясь, шевелил лоскуты и создавал иллюзию движения.
У стойки мы разместили три бочки с песком, куда и втыкали посохи, чтобы в случае необходимости членам команды было легко вооружиться. С костюмами решили не мудрить, а использовали свою форму, напоминающую одежду для занятий тай-чи.
Итак, я увлекся планами по дальнейшему усовершенствованию интерьера.
— Вы позволите? — вдруг тихо прозвучал вопрос у меня над ухом.
Я оглянулся. Позади стоял мужчина, с которого сегодня и начались разборки. Улыбнувшись, я кивнул, приглашая гостя присесть. Меня, помнится, заинтересовали его дела с первой скандальной группой.
Он тоже какое-то время рассматривал меня, правда, стараясь делать это не так откровенно, как я.
— Я восхищен и озадачен таким разрешением столь опасной ситуации, — не дождавшись от меня вопроса, добавив в голос как можно больше меда, а на лице изобразив много восторга, произнес он.
Я ухмыльнулся. Интересно, он рассчитывает на мою мелкость, типа легко поймаюсь на комплиментах и все расскажу, или на обаяние своей смазливой мордашки? Мы помолчали.
— Этот капитан имеет большую власть в городе. Такая быстрая перемена его мнения и действий не присуща ему. Вы просто волшебница! — Он попытался еще раз использовать проверенный метод — комплименты.
— Ах, ну что вы! — томным голосом, не меняя позы, произнес я и хитро посмотрел на него.
Тон фразы и моя, как бы сказали «у нас», американская поза — полулежишь на одном стуле, а скрещенные ноги — на сиденье соседнего стула — не вязались между собой. В глазах мужика заблестели смешинки, но он попытался еще раз.
— У вас так замечательно и необычно оформлен зал. И такая великолепная и слаженная команда! Чувствуется хорошая подготовка.