Внутри упавшей колыбельки, на бортике, сидела перепуганная Кейси в обнимку с яйцом. А рядом, на полу, запутавшись в покрывале, на четвереньках стояла девочка лет семи-восьми на вид, с длиннющими светло-русыми волосами, скрывающими её почти целиком, и издавала странные звуки:
– Мы-ы-ы-ы… Э-э-э-э… ?-а-а-а-а-а… Му-у-у-у-у…
Ронни нигде видно не было!
Первым делом я подхватила на руки Кейси с яйцом и пересадила на свою кровать. Потом подняла колыбельку – Ронни под ней не было. Подняла покрывало, отбросила в сторону, потом подхватила странную девочку подмышки, подняла на ноги – но oна осела на пол, словно нoги её не держали.
Впрочем, почему «под ней»?
Голый ребёнок, непонятно как попавший ко мне на чердак, оказался мальчиком, просто его длиннющие волосы сбили меня с толку.
– Ронни, ты где? - я кинулась заглядывать под стол и кровать – вдруг закатился и лежит там без сознания, не в силах откликнуться.
– Ы-ы-ы-ы-ы! – вновь замычал ребёнок, тыча ру?ой себя в грудь, и тут до меня стало доходить.
Не может быть!
– Ронни? – уточнила я, опускаясь на кровать – ноги как-то резко ослабли, – неверяще глядя на мальчика.
Тот радостно закивал и снова постучал себя в грудь.
– А-а-а-а-а, – согласился он, а потом перевёл взгляд на свою руку.
Замер. Повертел рукой перед лицом. ?глядел себя, пoдрыгал ногой, пощупал руками голову, попытался встать на ноги – и снова шлёпнулся на пол. ?аньше он умел вставать на задние лапки, если за чем-либо тянулся или что-то хотел рассмотреть, но тогда ему помогал хвост, сейчас эта опора исчезла.
– Ау ы-ы-ы-ы?
– ?онни! Ты всё же обрёл свою человечность!
Я сползла на колени рядом с ним и крепко обняла мальчонку. Потом подхватила на руки – тяжёленький! – и уселась на кровать, с ним на коленях. ?н прижался ко мне, издав счастливый вздох, потом протянул руку с длинными ногтями к Кейси.
– Ы-ы-ы!
– А ты правда Ронни? - недоверчиво уточнила она.
– А-а! – кивнул он, и малышка тут же кинулась на руки к брату.
– Но как же тогда твои крылья? - спросила Кейси, крепко, как могла своими крохотными лапками, обняв Ронни за шею. – Разве можно обрести человечность, когда крылья уже появились?
– Видимо, можно, - ответила я за мальчика, которому, похоже, придётся заново учиться говорить. И ходить тоже, как я и предсказывала.
– Николетта, что у тебя за шум? – раздался вдруг голос Шимуса прямо здесь, на чердаке.
Мы с дракончиками в панике переглянулись.