"
"– Майкл! Как я рада, что вы живы!
Она протянула ему обе руки, которые он поочередно поцеловал.
– Только благодаря вам, дорогая Таня! Если бы вы с риском для жизни не прятали меня от бошей в своем бутике, то сейчас я любовался бы на вас с небес.
Он закинул голову вверх и засмеялся, показывая крупные, желтоватые зубы.
– Судя по летной форме, вы и так постоянно на небесах, – возразила Таня.
– Но не слишком высоко, мадам. Мой аэроплан не приспособлен для высших сфер, там порхают только Ангелы. Кстати, поздравьте меня, я теперь первый пилот, – немного отстранившись, он осмотрел ее с ног до головы, и с довольным видом кивнул: – За время моего отсутствия вы стали еще красивее.
– Я приехала разыскать мужа.
– Нашли?
– Нашла. Он здесь, в госпитале.
– Здесь? Неужели? – его взгляд скользнул по группе военных. – Ах да, – Майкл шутливо хлопнул себя по лбу, – я и забыл, что вы русская. С завистью представляю себе счастье вашего мужа, ведь я был в вас немножко влюблен.
– Да-да, знаю, у вас две дочери, – быстро произнесла Таня, припоминая их долгие беседы в тесном помещении гардеробной комнаты. Тогда Майкл был ранен, и ей приходилось по нескольку раз в день перебинтовывать ему мокнущий порез на плече.
– Уже три дочери, – он шутливо выкинул вверх три пальца. – И все благодаря вам, моя прекрасная спасительница. Со дня моего побега из оккупированного Парижа прошел ровно год.
Скользящим жестом он притронулся к ее локтю, словно хотел пригласить на вальс:
– Таня, я остановился в отеле «Святой Георг», и если вам будет нужна любая помощь, то Военно-воздушные силы Ее Величества к вашим услугам.
– Спасибо, Майкл, я запомню.
Посторонившись, чтобы пропустить колонну немецких военнопленных, Таня резко отпрянула к Майклу, подняла глаза, и по ту сторону решетки увидела полный боли взгляд Юры.
Он смотрел на нее всего одно мгновение, которое прокатилось по телу разрядом молнии:
– Юра!
Сгорбив плечи, он развернулся и медленно побрел назад к госпиталю. Того, что видели его глаза, было вполне достаточно для правильного понимания ситуации: Таня приехала, чтобы сказать последнее прости и прощай. Скорее всего, высокий офицер, что прижимает ее к себе, – Танин муж и дочь Варя называет его папой.