Облезлый от дождей и грязи рыжий кот зашипел на него, выгнув спину. Рекс радостно присвистнул и отполз прочь. Вернулся он с карманами, набитыми камнями. Кот, почуяв свою участь, попытался выскочить. Рекс сбил его обломком кирпича. Потом начал метать остальные. Доски мешали целиться, и камни летели мимо. Рекс боялся, что кот выскочит или начнет орать. Кот действительно начал орать, и его вопли привлекли внимание. Рекс не сразу заметил Хромого, а когда заметил, было уже поздно делать вид, что он очутился у ямы случайно.
Хромой — златокудрый горбун с неприятными глазами и вывернутой ногой — был из людей Черепа.
— Развлекаешься? — поинтересовался он, остановившись возле Рекса и заглянув в яму.
Кот метался, штурмуя гладкие цементные стены. Может, он бы и выпрыгнул, если бы не подбитая лапа. На трех ногах кот потерял прыгучесть.
— Доставай животное, — велел Хромой, закуривая.
Сиамец попятился. Хромой поймал его за шею.
— Я не могу. Там глубоко. Если убрать доски, он сам выпрыгнет.
Хромой промолчал.
— Доставай, — сказал тот безразлично. — Пока я тебя самого не скинул.
Рекс нагнулся и заискивающе помурлыкал, но кот затаился, не подавая признаков жизни. Вздохнув, Сиамец начал сползать в яму. Прыгать он боялся. Из-за ноги.
Хромой стоял на самом краю. Рекс покосился на него — на злую, безгубую прорезь рта — и, зажмурившись, рухнул на дно ямы.
Кот от его падения совсем обезумел. Рыжей молнией понесся по стенам, срываясь и мяукая.
— Не могу поймать! — крикнул Сиамец. — Он царапается!
— Лови, — ответил непреклонный голос.
Кот выписывал вокруг Рекса летучие зигзаги. Рекс попробовал ухватить его за хвост. Извернувшись, кот полоснул когтями, со сдавленным воплем прыгнул Рексу на голову и выскочил из ямы. В руках у Сиамца остались рыжие шерстинки. Кошачьи вопли удалились в направлении гаражей и взмыли к небесам.
Рекс затаился, выжидая.
— Поиграем, — предложил Хромой. — Ты будешь кот, а я буду ты. Очень интересная игра. Начнем?
Обломок кирпича полетел вниз. Вскрикнув, Рекс присел на корточки, прикрывая голову.
— Интересно, правда? — спросил его Хромой.