Расплываясь в улыбке, радостно сообщил:
— Мастер Урогаль готов принять вас, — и, распахнув третью дверь, вдвое более узкую, чем остальные, отступил, пропуская бродягу вперед.
Переступив порог комнаты, человек со шрамом прищурил оставшийся глаз и, яростно ворча, замотал головой. Противоположная стена высокой комнаты, украшенной зеркалами и яркими коврами, была стеклянной, и солнечные лучи пронизывали ее насквозь. Свет, показавшийся бродяге после темных коридоров нестерпимо ярким, на самом деле таковым не был — стеклянную стену занавешивала тончайшая кружевная ткань.
Оборванец, все еще щурясь, сделал шаг вперед, и тут же из-за зеркальной ширмы, которую он принял за часть стены, выступил очень толстый мужчина с круглыми, спелыми щеками и улыбчивым ртом.
— Мастер Урогаль, вот человек, предъявивший звезду доверия и пожелавший вас видеть.
— Подмастерье третьего цикла Заруг, — отрекомендовался высокий оборванец и особым образом сложил пальцы левой руки.
— Рад видеть тебя, Заруг.
— Я прибыл из Исфатеи, по поручению мастера Донгама, — начал Заруг и внезапно закашлялся. Шрам на его губах треснул, и по краям струпа выступили бусинки крови.
— Лолис, подай брату вина, — обратился Урогаль к секретарю и снова обернулся к посетителю: — Твой караван подвергся нападению? Вполне ли ты здоров, не вызвать ли лекаря?
Заруг принял тяжелый серебряный кубок и, сделав большой глоток, прокаркал:
— Нет.
— Ай-ай-ай! — всплеснул пухлыми ручками Урогаль. — И о чем только вы там в Исфатее думаете? Ну кому же придет в голову посылать гонца через Чиларские топи? Может быть, все-таки позвать лекаря? — На лице его появилась участливая улыбка."
"— Я буду просить у вас не только лекаря, но и ванну, цирюльника, портного, много еды, вина и мягкую постель. Но это после.