Дорога дорог

— Ой! — Острая боль в плечах заставила ее поморщиться и уронить рубашку на палубу.

— Давай-ка я тебя помассирую, — предложила Мисаурэнь странно севшим голосом."

"Батигар опустилась на колени, маленькие ловкие пальцы проворно ощупали ее затылок и плечи. Она еще раз охнула, и пальцы ведьмы начали умелый танец, состоявший из поглаживаний, постукиваний и надавливаний, от которых боль стала отступать, а по телу разлилась приятная истома. Принцесса ощутила исходящий от склонившейся над ней девушки легкий запах водорослей и, чуть повернув голову, увидела острые пирамидки грудей, увенчанные крупными ягодами сосков.

Они вызывающе торчали в разные стороны, и Батигар испытала несвойственное ей чувство зависти — ее собственные полные округлые груди были слишком тяжелыми, слишком вульгарными.

Девушка не заметила, как порхавшие над ней пальцы с плеч поднялись на горло, потом опустились к основанию шеи, пробежали по позвоночнику, коснулись узкой талии, огладили расширяющиеся, как бока кувшина, бедра, и поняла, что с ней происходит что-то не то, лишь когда горячая волна желания сотрясла все ее крупное, не ведавшее еще мужских ласк тело.

Но остановиться на этой мысли она не успела. Тело ее, словно обладавшее собственной волей, выгнулось, откинулось на пятки, так что напрягшиеся груди оказались устремленными в ночное небо, а Мисаурэнь продолжала поглаживать ее, легкими вкрадчивыми движениями касаясь бедер и округлого живота. Ощущая себя подобием музыкального инструмента, который настраивают умелые руки мастера, принцесса, повинуясь сладостным прикосновениям, издала тихий вздох, дыхание стало чаще, взволнованней, с пересохших уст сорвался легкий стон наслаждения.

Не в силах противостоять искушению, она сделала быстрое движение головой, поймала губами твердый сосок трудившейся над ней девушки, пальцы которой тотчас завладели ее собственными грудями, заставив Батигар охнуть и упереться руками в палубу.

Не сознавая, что делает, она раздвинула колени, чувствуя, как пульсирует и горит низ живота, требуя немедленных прикосновений и ласк. Однако мучительница не торопилась удовлетворить желания своей жертвы и соучастницы, и принцесса сжала зубами сосок Мисаурэни, чтобы тем самым поторопить ее. Мисаурэнь жалобно вскрикнула, чуткие пальцы, пробежав по внутренней стороне бедер Батигар, коснулись холма наслаждений.