– У меня и своих проблем – хоть половником черпай! Немцы давят, а у меня каждый боец на счету! Снарядов мало, орудий – так и вовсе! На всю дивизию – шесть танков! А вы мне предлагаете за линией фронта чего-то там разведывать? Да нам важнее знать, где сейчас у фашистов пушки стоят, что завтра по нам стрелять станут! Откуда они атаку готовят, куда пулеметы перебросить…
Горчаков только рукой махнул и отвернулся к окну. Тоже, вишь, умники нашлись…
Наступило неловкое молчание. Прервал его Лигонин:
– Я, товарищ майор, разумеется, вас понимаю.
– Попробуйте, – отходя от своей вспышки, кивнул майор. – Я распоряжусь, вам выделят провожатого и проводят в расположение разведроты. Старший лейтенант Горячев ответит на ваши вопросы. У вас все?
– Все, товарищ майор, – приподнялся со стула визитер.
– Да, пожалуйста. До свидания, товарищ капитан.
Посыльный отыскал Лигонина уже через десять минут, тот только и успел что папиросу выкурить. Немолодой уже боец неуклюже козырнул и сообщил, что назначен проводить товарища командира в расположение разведроты. Даже транспорт отыскался – если этим громким словом можно назвать понурую лошаденку, запряженную в видавшую виды телегу. Правда, как часто и бывает, внешность оказалась весьма обманчивой, и невзрачная коняга потянула свою ношу очень даже резво.
– Вон он-та, товарищ командир, и ухорезы энти! Тамотка они и квартируют!
– А отчего ж вы их так? И слово-то какое нашли! – поинтересовался несколько озадаченный Лигонин.
– Дак ить! Тама их каких только нет! Отчаюги, да… у черта с огня горшок каши утащат! Неделю назад даже кухню фрицевскую как-то уволокли – да вместе с поваром! Правда, суп у германцев какой-то жиденький оказался… а так ничего! Таперича кухня ента у нас обретается, но уже готовят у нее, как и полагается! Истинно говорю, товарищ командир, ухорезы!
Покачав головою, капитан улыбнулся.
Подойдя к указанным возницей домам, Лигонин, услышав разговор, чуть принял вправо.