Давно забытые, тщательно похороненные ощущения покоя и собственной нужности, такое было в прошлой жизни, в которой у него была семья, где его любили не за деньги и власть. Где Арсен Ямпольский был не миллиардером, распоряжающимся людьми и деньгами, а просто мужем и отцом. Просто человеком. Как можно было так просчитаться?
И главное, Арсен понимал, что не в силах ничего изменить, эти ощущения засасывали его как трясина, он даже домой стал приходить раньше, часами просиживая в кабинете, откуда хорошо было видно, как его тоненькая, похожая на подростка жена играет со своей мелочью.
Даже предатель Баскервиль отреагировал на появление в доме новых членов семьи без должной заинтересованности, рыкнул на мелкую, ну это понятно, он не любил детей.
Утешало одно, это не будет длиться вечно. Возможно, и не придется ждать год, а после того, как его жена — даже лучше, чтобы с девочкой, что потом Арсену с ней делать? — сядет в машину к Маркелову с тюбиком губной помады, подложенной мужем в сумочку, все это исчезнет как наваждение.
***— Рома, почему мы не можем с тобой сами порешать этот вопрос, мне обязательно общаться с твоим писюном? — Арсен недовольно поморщился, уже сам сообразив, что сморозил, а теперь еще вынужден был слушать доносящийся из динамика гогот старшего Демидова. — Я хотел сказать, с твоим сыном. Ну хватит, Рома, смотри, еще один инфаркт поймаешь, если будешь так ржать.