В первый раз он сказал, что откажется от нашего дела, если к концу ужина мое мнение о нем не переменится. Мы ходили в «Двадцать одно», прекрасно провели время, и он продолжил вести наше дело.
Вероника изумилась и подумала, что Брайан избрал верную тактику. Но она помнила, что Тимми по-прежнему считает Эйдана врагом, хотя и надеялась, что вскоре они помирятся. Что бы там ни думали ее дочери, обвинить Эйдана им было не в чем. К Веронике он относился прекрасно.
После разговора с Тимми Вероника позвонила Джой и Джульетте, чтобы сообщить им о Берти, и обе ничуть не удивились: они знали сводного брата всю жизнь и помнили, что он всегда был подлым и бесчестным человеком.
– По-моему, между Джульеттой и ее архитектором в Сен-Поль-де-Вансе что-то происходит, – высказалась она. Джой была явно счастлива с Роном. – А Тимми только что сказала, что встречается с адвокатом.
Похоже, жизнь каждого из членов семьи постепенно налаживалась. За исключением Берти, которому светила тюрьма.
Все пять недель, пока Эйдан составлял компанию Веронике, Тимми общалась с ним холодно, но вежливо, и довольно часто навещала мать. Владельцы выбранного ею дома согласились на ее цену, пора было переходить к осуществлению планов и готовиться к открытию приюта для бездомных. А Вероника наконец научилась ловко передвигаться на костылях.
Ее беспокоил предстоящий День благодарения и неослабевающая напряженность в отношениях Эйдана и Тимми, однако праздник прошел гладко, тем более что всем было не до пышных приготовлений.
Портрет Николая был закончен за неделю до того, как сняли гипс.
Через день после того, как она отослала портрет, гипс наконец сняли.