– Не передергивай! Фоукард не такой…
– Не такой?! Разве?! Не ты ли только что говорил о том, что в случае отказа отдать ему племянницу, меня обвинят в преступлении, которого я не совершал, и вышвырнут из клана? Не ты ли говорил, что в ход пойдут все методы, в том числе и бесчестные, чтобы отобрать у меня девочку? – в голосе Эмета звучала боль и обида. – Все мы для него лишь фигуры, которые можно удачно разменять... Или избавиться, когда они стали не нужны. Вот от меня он решил избавиться, верно? От родной крови.
После такой отповеди Уно и его сопровождающие не сразу нашлись, что ответить. А мне вдруг стало жаль Эмета. Он, конечно, демонстрирует, что ему неплохо и без поддержки клана, но не все так однозначно. Судя по неподдельной боли, звучащей в голосе, его ранит такое отношение родственников.
– Я уверен, что Фоукард не станет исключать тебя из клана, – после тяжелого молчания заговорил Уно. – Сейчас у нас сложные времена. Кланы соправителей только и ждут возможности пошатнуть авторитет главы, Фоукарду не нужен скандал с дочерью Гарда.
– Сейчас не нужен скандал, а вот после можно будет попытаться отнять у меня племянницу, так?
– Нет!
– Что нет? Ты ведь только что это сказал. Он не станет исключать сейчас! А вот, что будет потом…
– Ты упорно слышишь то, что хочешь слышать!
– Просто у меня нет никаких иллюзий насчет дяди.
– Рано или поздно тебе придется иметь дело с пробуждением магии у племянницы, со второй ипостасью и с… – Уно поглядел на меня, – некоторыми исключительно драконьими проблемами.
Ага, значит, есть какие-то особенности переходного возраста у драконов. Надо поподробнее расспросить моего вроде как жениха.
– И что же он хочет? – Эмет скрестил руки на груди.
– Для начала, чтобы продемонстрировать готовность к диалогу, ты мог бы поделиться информацией о смерти Гарда.