И моя видеокамера это подтвердит. Может тебе деньги дать?
- Я вам не проститутка, - сильно рыдая, с ненавистью в голосе, воскликнула молодая женщина. - Вы ещё пожалеете...
- Успокойся, крошка, - миролюбиво предложил младший брат, которому и впрямь стало жалко очаровательную девушку, хотя он искренне не понимал причину её рыданий.
- Крошка? Какая я тебе крошка? - резко взвилась Кристина, - Я на семь лет старше тебя! Ты для меня пацан ещё.
Тимур понял, что лучшим выходом для него сейчас будет – немедленно ретироваться с её глаз и предоставить старшему брату найти способ, как успокоить рыдающую девушку.
- Пойду-ка я приму душ и заодно проведаю твоего муженька, - спешно выходя из залитого солнечным светом салона, пробормотал он.
Действительно, более опытный и мудрый Руслан, хорошо понимал причину слёз своей любимой женщины.
- Как я теперь жить буду? - прошептала Кристина, утирая рукой слёзы текущие из её огромных карих глаз. - Это нечестно по отношению ко мне.
Она сидела на коленях Руслана уткнувшись в его сильную мужскую грудь, как ребёнок, которого отругали за плохое поведение.
- Не плачь, моя девочка. Всё будет хорошо. Твой муж крепко спит и ни о чём не узнает. Я люблю тебя и никому в обиду не дам.
- А брату своему отдал, - зло фыркнула Кристина. – Приятно тебе было, когда он меня ....? Прямо на твоих глазах...
- Пойми, милая, - пытался соблюдать спокойствие Руслан. - Мой братишка, это самое дорогое, что у меня есть! Ради него я готов на всё! Если он захочет, я и жену свою ему отдам.
- Вот и отдавай свою жену. А меня не надо было. Это подло! - метнув на него рассерженный взгляд и отбросив волосы назад резким движением головы, раздражённо произнесла она. – Ведь, всего несколько часов назад я была счастлива! Ты понимаешь – счастлива! А вы всё разрушили! Я подам на вас заявление в полицию, что вы меня изнасиловали.
- Не советую. Начальник полиции города мой хороший знакомый, друг отца, знает меня с детства. А мой одноклассник – его зам.
Кристина внимательно посмотрела на него. В его тёплых, дружелюбных глазах не видно было никакой ""задней"" мысли, никакого корыстного расчёта.