Она сделала небольшой глоток, и я заметил, как её язык на мгновение коснулся губ. Движение было настолько чувственным, что могло свести с ума любого мужчину.
— Рамонтье! — бросила водителю звенящим голосом.
— Да, госпожа, — кивнул мужик и тут же закрыл нишу, которая соединяла салон с передней частью.
Мы остались наедине. Василиса устроилась на сиденье так, чтобы платье подчёркивало все достоинства её фигуры. Она явно была мастерицей обольщения. Может, ей сказать, что мы типа родственники и все её манеры на меня не действуют?
— Сыночек… — начала Василиса медовым голосом.
— Хватит! — оборвал её резко. — Давай ни ты, ни я не будем играть в эти игры?
Терпеть её притворство не было ни времени, ни желания. Если уж мы сошлись в этой роскошной клетке на колёсах, то пусть хотя бы говорит честно.
— Почему? — снова надула губки с видом обиженного ребёнка. — Знаешь, я только привыкать начала, что у меня есть взрослый сын. А ты хочешь лишить этого удовольствия?
В её голосе прозвучали нотки искренней боли.
— Знаешь, что? — повернулся к ней всем телом. — Меня тоже особо не спрашивали о судьбе. Ты поскакала на ком-то, а сыночка отправили в другой род. Жил я там себе спокойно, никого не трогал. И вот дед решил открыть источник сыну твоей сестры. Раз, и его нет — убили.
Повезло же мне тогда занять это тело.
— На мой род нападают, всех убивают, а меня притаскивают к Магинским. «Теперь ты Павел!» — сказали тогда.
— Так было нужно… — хмыкнула она, делая ещё глоток шампанского.
Простота её ответа поразила. Никаких объяснений, никаких извинений, только лишь констатация факта.
— Дед при смерти, — продолжил я, чувствуя, как внутри поднимается старая злость. — В роду предатели, все пытаются разорвать Магинских на части. И это только начало проблем.
Машина плавно скользила по столичным улицам. За тонированными стёклами мелькал утренний город, но внутри салона царила почти гробовая тишина.
— Когда я появился, охотников почти не было, у нас воровали монстров прямо из серой зоны. Восстанавливал всё с нуля. Пришлось даже на войну ехать, чтобы доказать лояльность империи. И вот теперь появляешься ты и заявляешь, что я должен отдать свою силу? Просто потому, что тебе очень хочется?
— Именно так, — кивнула Василиса и допила шампанское одним глотком.
Прямота её ответа была обескураживающей. Никаких попыток оправдаться или объяснить свои мотивы.