Лицо отчаянное, глаза горят лихорадочным блеском.
— Меня поставили в невыгодные условия! — продолжал он. — Подсудимый и адвокат знают мою линию. Присяжные, как бы вы ни говорили с ними, — тоже.
— Это не моя проблема, майор, — поморщился мужик. — Не нужно было лишать подсудимого права на адвоката и врать ему.
— Но я не врал! — тут же сжал руку военный. — Мне так доложили!
— И снова не моя проблема, — пожал плечами судья.
Каменев понял, что поддержки не будет. Лицо его исказилось от злости.
— Я требую завтра на слушании князя Ростовского! — оскалился майор.
Тут судья остановился как вкопанный. Лицо его побелело, на лбу выступила испарина.
— Олег Игоревич, вы уверены, что хотите допросить князя? — голос дрожал. — Понимаете уровень?
— Да, ваша честь! — кивнул он упрямо.
— Хорошо, — согласился судья после долгой паузы. — Я пошлю сегодня же приглашение, но буду следить за вами. Оскорбление или хоть что-то, что выйдет за рамки дела, и тут же отпущу князя, а вас задержу за неуважение к монаршей семье.
— Да! — согласился Каменев решительно.
Мужик в мантии покачал головой и ушёл. Майор тоже покинул зал со своим помощником. А я сидел и думал.
Большую игру они затеяли, раз даже Ростовского позвали. У нас теперь есть их карты и то, что они попытаются провернуть. Вот только как это всё отбить? Тогда меня ловко провели с этим договором.
Нас с Сюсюкиным сопроводили до камеры. Тот же коридор, те же железные двери с номерами. Охранники молчали — видимо, слышали о сегодняшних событиях и не хотели лишних проблем.
Адвокат тут же бросился что-то писать за столом. Разложил документы, достал карандаш, склонился над бумагами. Работал сосредоточенно, забыв обо всём остальном.
А я уселся на кровать. Пружины заскрипели под весом. Откинулся на подушку и уставился в потолок. Серые пятна от сырости, трещина в углу.
Думал о произошедшем. События развивались стремительно, но по чужому сценарию. Мои противники явно планировали это заранее.
Зачем им генерал? Что он может рассказать такого, что похоронит меня окончательно? Да и самого князя прижали неплохо. Будет ли он на моей стороне, когда у самого проблемы? Не уверен, я ему никто.
— Какие у нас шансы? — спросил я, не отрываясь от потолка.
Сюсюкин поднял голову от бумаг.