Озорно, с издевкой. — Смирись. Она давно снюхалась. Славе не нужно это подобие человека. Хозяйка в этом доме теперь я. Нравится тебе это или нет. Но это мой дом, Ян. Теперь и навсегда — мой!
Затаиваю дыхание. Я правда это слышу? Она правда это говорит?
— Закрой рот, сука.
— Пусти, больной. Пусти.
Прикрываю глаза и громко топаю ногами на одном месте. Будто только сейчас начинаю подниматься по лестнице. Голоса сразу стихают.
— Как Вячеслав? — спрашиваю, а у самой слезы на глаза наворачиваются.
— Хорошо, Никуш, — мама касается моего плеча, а меня передергивает.
— Полный, — Гирш обдает меня холодным взглядом, и я ежусь.
— Понятно. Я к себе тогда пойду.
Проскальзываю мимо них и прячусь в своей комнате, давая волю слезам. Все, что я услышала, просто ужасно. На самом деле все куда хуже, чем мне казалось. Ян ненавидит мою мать, а она, кажется, ведет какую-то двойную игру.
Что мне делать с этой информацией теперь?
Дверь в комнате открывается минут через десять.
Ян заходит без спроса. А будто раньше было иначе?
— С какого момента подслушала? — садится на кровать рядом со мной, до конца расстегивая куртку.
Он понял? Что теперь говорить? Отрицать или выдать правду?
— Наверное, с самого начала…
— Мне как-то нужно оправдывать мое отношение к твоей… К Ладе?
— Зачем ты ее схватил? Слов было недостаточно?
— На эмоциях. Взбесила.
— А если я тебя взбешу, то ты тоже…
— Да блядь, Ника, не сравнивай.
Он резко вскакивает на ноги и отходит к окну.
— Честно говоря, я бы предпочла никогда не слышать этот разговор.
— Аналогично, — он кивает, но на меня не смотрит. — Спасибо, что позвонила.
— Пожалуйста, — выпрямляюсь и иду к нему. Замираю за спиной и прижимаюсь раскрытой ладонью ему между лопаток.
— Сколько времени тебе нужно, чтобы собраться?
— Куда?
— Ты забыла или уже передумала?
— Ты про вечеринку? Я думала, что все отменяется.
— Мне нужно переключиться, так что все в силе.
— Полчаса мне хватит.
— Хорошо.
Ян кивает.
Прижимаюсь щекой к его спине. Мы стоим так несколько минут. Молча. А когда Ян разворачивается, я мгновенно оказываюсь в кольце его рук.
— Ты обещала.
— Помню.
Мои ресницы дрожат. Я вся как оголенный провод.
— Идем?
Прикрываю глаза, касаясь губами его подбородка. Киваю.
Ян приподнимает меня над полом и несет в сторону ванной. Щелчок личинки звучит оглушающе.
32.3
Ловушка. Путей для отступления больше нет. Ян возвышается за моей спиной.