Получается, все страхи Евы были оправданы!
И что я сделал, вместо того, чтобы все выяснить и обезопасить ее? Сына? Лез, блять в трусы!
Пока надо мной стоит эта обезьяна я спешно оглядываю раскуроченную в хлам комнату. Белье, посуда. Кровать и скудная мебель. Все валяется. Даже холодильник и плиту не пожалели. И каким образом я не проснулся? Как мог не услышать, что он пришел? Или… Они?
Голова нещадно болит, а в ней отзвуком крик Евы:
""Боже, нет!Данила!Харитон!""
А следом темнота.
Пытаюсь схватиться за голову и в ужасе понимаю.
Новый удар по лицу дает понимание почему его кулак в крови. По щеке стекает кровь, висок и челюсть нещадно ноют. Такое я испытывал только во времена реслинга. Может быть поэтому жив.
— Где Ева? Данил! – ору, дергая наручники, которые тут же впиваются мне в кожу, в кровь царапая. Ноги просто связаны и я как гусеница под смех Ильдара. Убью! Убью сука!
Сплевываю кровь прямо в смуглую харю и широко улыбаюсь.
— Дай мне только добраться до тебя, черномазая свинья. Ты кровью ссать будешь.
Новый удар почти выносит меня из реальности, но я держусь. Не ради себя. Ради них. Пиздец, я идиот! Как можно было упустить такое!? Почему не уехали вчера...
— Говори, где Ева, тварь!
- А ты дохуя смелый, хотя связанный…
— А ты смелый, только потому что я связанный. А один на один слабо со мной? Или зассал?
— Ты инвалид, что с тебя взять?
— То есть бить связанного интереснее.
Давай, давай придурок. Только дай мне шанс и я вырву твой гулящий кадык и заталкаю его тебе в глотку!
Он подкидывает ключи в руке, а я жадно ловлю их. Но только взглядом.
— Ладно, — посматривает черномазый в сторону выхода, откуда не доносится ни звука.
Я, может, и не боец, но сейчас в крови такой адреналин, что могу зашибить любого.
Ключи уже подносятся к наручникам, и я буквально чувствую, как сердце закачивает кровь быстрее, а бьется с бешеной скоростью. Давай, давай, один щелчок замка. Мне бы только руку освободить, мне бы только добраться до тебя.