— Да. Он здесь су-шеф. Знаете, кто это такой?
— Больше оскорбить вы меня не могли. Я тоже работала в ресторане.
— Вот как? А где?
— В… России. Да, в России.
— Могли бы просто сказать, что это не мое дело, — усмехнулся он и повернул ко мне меню. — Вот этот паштет у него особенно хорош.
— Какой, – не вижу паштета, но Лука просто берет мою руку в свою и показывает. По телу тут же бегут мурашки, и я мягко высвобождаю руку. – Не стоит так делать.
— Как?
— Хватать меня за руку, касаться моих колен. Пусть даже случайно, и на мотоцикле нам лучше не ездить.
— У вас какие-то предрассудки на этот счет?
— Нет, просто не думаю, что вашей жене бы это понравилось. Мне бы не понравилось точно, что вы держите чужую жену за руки и катаете ее на мотоцикле.
— Вы такая ревнивая?
— Причем тут я?
— Я просто спросил, расслабьтесь. Нас здесь все равно никто не видит, Мила.
Так, не надо так смотреть и понижать голос до сексуального шепота.
— Так, где этот ваш повар. Мы же сюда не есть приехали.
- Вообще-то как раз поесть.
— Почему именно паштет? Никто не любит паштет.
— Вот именно. Если повар готовит нелюбимое всеми блюдо так, что пальчики оближешь, то его надо брать.
— Хм, возможно вы и правы. Ну тогда, — я зову официанта. – Добрый день. Можно ваш паштет. Фирменный который."
"— Да, конечно. А вам.
— Мне тоже самое. Мне домашнего лимонада. А даме вина принесите, белого.
— Не нужно. Я не большой любитель выпивки.
— Мила. Вы так напряжены, что мне кажется еще немного и вас порвет.
Он не далек от истины.
— Нет, я все равно откажусь, — говорю официанту и он собирается уйти, но Лука тормозит его, дернув за фартук.
— Если выпьете со мной, расскажу вам историю капитана Юлия.
— Историю, — по телу проходит теплая волна воспоминаний о том, как я рассказывала истории Харитону.
— Историю. Нужно же нам о чем то разговаривать, пока мы едим.
— Ну тогда, — поднимаю я взгляд на парня.
— А вы разбираетесь….
— Мой отец любил выпить хорошее вино.
— Он жив?
— Кажется это вы обещали мне историю. Так что, выполняйте обещание.
Глава 30. Ева
— С чего бы начать, — думает он и чуть наклоняется. – Наверное, с самого начала. Детство у Юлия было не самым счастливым. Его бросили в больнице и отдали в детский дом. Где ему приходилось выживать. Порой совершать жестокие поступки.
По его лицу заметно. Тот еще бандюган.