«Купишь, папа? Ну, скажи, что купишь…»
Конец фильма.
Я взглянула на часы. Кажется, просидела у экрана минут двадцать. В горле стоял прогорклый ком.
— Вот мы и познакомились, — через силу улыбнулась пустому экрану. Сразу стало понятно, отчего мой босс так тяжело переживает утрату. Вспомнились слова Люси о том, что у него не могли отнять ребенка в больнице, уже после того, как остановилось маленькое сердечко.
Я поднялась и осторожно достала диск из дисковода. Положила его в коробку и аккуратно вернула на место.
— Спи спокойно, — шепнула в пустоту.
Несомненно, Вова прав. Нам надо переезжать. Жизнь в доме, где все пропитано воспоминаниями о Даше, не станет счастливой. Особенно, если мы решим завести общего ребенка.
Телефон завибрировал сообщением от Жаннетты.
«Я уже подъезжаю к дому. Получилось немного раньше, чем планировала. Встретишь меня?»
«Уже иду», — ответила на сообщение. Смахнула слезы и заспешила в холл.
Эх, если бы я только знала, что задумала королева Божена в свой юбилей…
Глава 50.
Божена Брониславовна Шпак могла по праву считать себя счастливицей. Она успешно вышла замуж за Вениамина Оболонского, двоюродного брата Николая Сергеевича Оболонского, одного из самых состоятельных людей в России, и муж, несмотря на брак по договоренности, очень ее любил. Любили Божену и племянники мужа. Ведь если в огромное поместье Оболонских приезжали дядя с женой, новый год и Пасха превращались в волшебную сказку. Бесконечные друзья и родственники наезжали в огромный, сверкающий роскошью дом на праздники, огромный стол в отделанной дорогим камнем столовой ломился от явств, а дети всегда находили спрятанные заботливой тетей Боженой подарки в своих кроватках.
Время летело, мальчики росли.
Средний сын, Николай, все взял от матери — покладистость, мягкий нрав, трудолюбие и даже внешность. Она рано умерла, а глава семьи Николай Сергеевич больше не женился.