Хочется сделать шаг, чтобы прошептать ответ, напитанный гневом. Я делаю и вмиг попадаю в прошлое, где много его запаха, сладких долгих поцелуев, вкус сицилийского вина. Звездное небо, шум прибоя, много-много апельсинов. Смех, счастье…
«Мне кажется, я в тебя втрескался, жемчужинка».
– Но оставь их себе.
Майк разворачивает мою ладонь внутренней стороной и вкладывает в нее закрытую упаковку с презервативами.
Подмигивает.
Все у него как-то легко получается. А я обидой побита. Потому что «Я тоже, кажется, влюбилась в тебя, Майк Марино».
Он садится за руль, и я вижу, как наклоняется к Сильвии, или кто это, и бесстыже ее целует. С языком, глубоко, долго.
Как бы окна ни запотели.
Упаковка падает из рук. Она, мать его, пять евро стоила! Нужно было потребовать их с этого гонщика.
– Татьяна Жемчужина? – отвлекаюсь на голос.
Мужчина средних лет, с ужасной бородкой, но довольно располагающей к себе улыбкой.
– Меня зовут Леонардо Гатти. Мы можем с вами поговорить? Дело касается Майка Марино."
"Глава 3. Таня"
"Полгода назад
Август
– Это очень вкусно! – прикрываю глаза, чтобы не показывать, как они закатываются от удовольствия.
Я настоящий кофеман. А когда в жару ты заказываешь кофейную граниту, кажется, чтобы тебя поцеловали небеса.
– По-моему, ничего особенного. Замороженный кофе и взбитые сливки. Лучше бы съели джелато.
Марта, моя близкая подруга, цепляет ложкой воздушную пену и отправляет в рот. Кривится и отставляет стаканчик. Я с жадностью на него смотрю, когда свою граниту еще не доела.
– Ты только резко не оборачивайся, но сейчас сюда вошел Майк Марино, – говорит еле слышно, но уже пищит от восторга.
– Кто?
– Майк. Марино, – смотрит так, будто первый раз видит. А мы знакомы добрые десять лет.
– Футболист? Никогда о таком не слышала.
Здесь, в Италии, и в Риме в частности, настолько все фанатеют от футбола, что если ты вдруг не знаешь всех членов лиги и сборной, то тебя даже могут депортировать.
Шутка.
– Ты вчера, что ль, родилась? А еще говорила, что обожаешь все итальянское.
Все посетители кафе начали перешептываться. Этот Майк Марино ничего не замечает или делает вид. На нем типичная итальянская «форма»: брюки и свободная белая рубашка. На глазах очки. О-очень дорогие.
Еще часы. Но здесь совсем неинтересно, потому что на запястье банальные «Apple Watch».
Кроссовки модные.
На голове беспорядок. Ему бы подстричься.
– Красивый, да? – Марта вмешивается в мои мысли.