Мне показалось, что между нами какая-то химия, тяга… Но… видимо, просто показалось…
Наверное, я должна быть благодарна, что Валид не слишком жестил и не заставил меня страдать этой ночью…
Он истязал мое тело иначе, щедро даря наслаждение, и этот опыт все же стал чем-то запретно сладким, острым и невыносимо приятным…
Не знаю, ждет ли от меня какого-то ответа Валид, но на слова у меня сил нет. Есть вероятность, что стоит одному писку сорваться с губ, как я разрыдаюсь, проваливая свою роль в пух и прах, поэтому на его реплику я лишь слабо киваю.
Валид повторяет мой жест."
"Жду, что мужчина наконец-то прикажет мне убираться, но Байсаров опять удивляет, когда тянется ко внутреннему карману пиджака и через мгновение на мои колени падает увесистый конверт.
— Это тебе, принцесса…
В шоке смотрю в холодное лицо мужчины, который отнимает от меня руку, разворачивается и идет к двери, а я смотрю на его широкую спину, на то, как он удаляется, чеканя шаг, как хлопает дверь, отсекая меня от Байсарова…
Кавказец ставит точку.
Опускаю пустой взгляд на белоснежный конверт, который лежит на моих коленях. Секунды текут, а у меня внутри цветет боль и обида от оскорбления…
Не должна я так реагировать. Не имею права. У меня была ночь, горячая, страстная…
Жалею ли я о ней?
Нет. Я не держалась за свою девственность, просто не было мужчины, с которым бы хотела узнать, как это все может быть, Валид же опустил меня в самую пучину.
Лучшего любовника пожелать невозможно, брутальный, жаркий, порочный, не знающий запретов. Он использовал мое тело подобно виртуозному музыканту, который умело тянул за нужные струны, чтобы заставить меня потерять себя и отвечать на его страсть и пыл…
Умом понимаю, что все могло быть ужасно, незнакомец мог оказаться больным извращенцем, стариком или садистом…
Но Байсаров — мечта любой женщины в постели, как там говорят, не можешь изменить ситуацию — поменяй свое отношение…
Вот и я пытаюсь, но все равно не могу.
Конверт на моих коленях обжигает, причиняет адскую боль, у меня душа рвется в клочья.
Я словно зависаю в заторможенном состоянии какого-то шокового отупения, и рука сама собой приходит в движение.
Скидываю конверт с коленей, как будто там ядовитая змея притаилась, и увесистая пачка шмякается и крупные купюры разлетаются по всему полу…
Плата за девственность. Плата за ночь. Плата за тело.