Он не слушал никого, расставив руки в стороны, мой такой любимый некромант быстро произносил неведомые мне слова.
Перстень полыхнул чёрным пламенем. Туман наполнял сферу как когда-то в ванной.
— Мама, — голос моего любимого мужчины стал глуше, — мне нужно как можно больше времени.
— Да, родной, да, — она закивала, не сдерживая слёз.
В этот момент я поняла, что больше просто не могу терпеть.
— Снимай, — его крик показался мне рёвом.
И я подчинилась. Распахнув глаза, наблюдала, как любимый обращается в туман. Госпожа Доротея кому-то медленно кивнула, и Бронислав кинулся к старшему брату.
— Нет! — взревела я. — Не смей, мальчишка. Нет!
Но было поздно, они оба оказались рядом со мной. Кольцо последний раз вспыхнуло и рассыпалось на части словно стекло.
— Вставай! — подхватив меня под руку, Эрик прижал к себе и стиснул так сильно, что рёбра хрустнули.
— Так полдела сделано, — голос моего братика за спиной звучал зло, - теперь говори, что дальше.
— Зачем ты... — я не смогла договорить.
— Трое лучше, чем двое, — он подмигнул, желая подбодрить.
Госпожа Доротея кивнула и, обойдя молчавшего господина Михаля, вытянула руки.
Сфера замедлялась... или это время?
— Так-то лучше, — Эрик размахнулся и обрушил на стекло кулак. Ничего. Но, казалось, мой мужчина не замечал этого. — Бронислав, мне нужно пламя.
— Да, — выдернув меня из объятий жениха, брат прижался грудью к моей спине и обхватил мои запястья. — Помнишь, как тогда с жуаной? Одно дыхание, одно сердце...
— ... одна кровь, — закончила я фразу и взглянула на того, кто запер меня в этой сфере.
"Старик стоял на коленях, его держали ведуны. Рядом с ним беспомощно мялся бледный ректор и старуха Валевски, с которой слетело всё высокомерие. Закрыв глаза, я призвала пламя, Бронислав ловко взял его под контроль и направил прямо на кулаки Эрика. Испугавшись, я вскрикнула, но тут же ощутила, как ласков мой огонь с некромантом. Он не трогал его, а скорее рвался помочь.
Зарычав, Эрик нанёс новый удар.
Через пламя, я ощущала его боль, но ни один мускул на его лице не дрогнул.
— Время, — зашептала я, — оно почти остановилось?!
— Да, — брат поставил подбородок на мою макушку, — для всех кроме нас. Ничего не бойся. Мама нас убережёт, а Эрик вытащит из ловушки.