Не составляло труда выяснить, где Джозеф Романо держит свой счет – стоило взглянуть на аннулированный чек из дома матери, который выдал в свое время этот мошенник. «Джозеф Романо? – удивилась Эрнестина. – Тебе к нему не подобраться».
Чернокожая ошиблась: Романо стал первым, за ним последуют остальные – один за другим.
Трейси закрыла глаза и опять мысленно пережила чудо, благодаря которому оказалась здесь…
Она ощутила, как холодная темная вода смыкается над ее головой. Трейси тонула, и ужас объял ее.
– Все хорошо! Успокойся! Страшное позади!
Трейси в панике оглянулась.
Весь инцидент не заслужил бы больше нескольких строчек на самых незаметных страницах утренних газет, если бы не тот факт, что заключенная, спасшая дочь начальника тюрьмы, не умела плавать. Вечерние газеты и телекомментаторы превратили Трейси в героиню. Сам губернатор Хейбер отправился вместе с Брэнниганом навестить ее в тюремной больнице.
– Вы поступили очень смело, – сказал Трейси начальник тюрьмы, и голос его дрогнул от волнения. – Я хочу, чтобы вы знали, как мы с женой благодарны вам.
Трейси была еще слаба и не оправилась от потрясения.
– Как Эми?
– С ней все будет отлично.
Трейси закрыла глаза. «Я бы не перенесла, если бы с девочкой что-то случилось», – подумала она и, вспомнив, как была холодна, когда Эми просила всего лишь любви, ощутила горечь стыда. Несчастный случай лишил ее шанса на побег, но Трейси знала: повторись все сначала, она поступила бы точно так же.
Было произведено короткое расследование.
– Это я виновата, – заявила Эми отцу. – Мы играли в мячик. Трейси побежала за мячом и сказала мне подождать. А я, чтобы лучше видеть ее, забралась на стену и упала в воду. Но Трейси спасла меня, папа.
Трейси продержали в больнице всю ночь, а утром пригласили в кабинет начальника тюрьмы. Там ее уже ждали корреспонденты.