– Согласна. Хотя и не понимаю до конца. Гловер насилует и душит женщин, а не приносит жертвы в сатанистских ритуалах.
– Может, он использовал фотографии как предлог для убийства? – предположила О’Доннелл. – Например, убедил Терренса, что ему нужно фотографировать мертвых женщин, чтобы получить какую-нибудь психическую энергию и поправиться… Вряд ли мы сумеем понять логику сумасшедшего.
– Однако раньше логика во всем прослеживалась, – возразила Зои. – Терренс помешан на крови, так? По крайней мере, был, пока не сошел с ума.
Голос Зои от разочарования стал высоким и ломким. Тейтум посмотрел на нее с беспокойством. Он знал свою напарницу достаточно хорошо, чтобы выявить закономерность. Как только дело доходит до Гловера, аналитические способности ее подводят. Она пытается понять его намерения, но, в отличие от других убийц, этот для нее неуловим.
– О’Доннелл права, – медленно произнес Тейтум. – Фотографии понадобились не для сексуального удовлетворения. Значит, служили другой цели.
– Скорее всего, – нетерпеливо ответила Зои. – Хотя не думаю, что он якобы лечил фотографиями рак.
– Гловер не говорил Терренсу, что ему нужно лекарство, – вдруг заметил Грей.
– Что ты имеешь в виду? – оживилась О’Доннелл.
– По словам Терренса, Гловер во всем винил страховые компании.
– Ну, это мы уже обсуждали, – перебила его Зои. – Гловер всегда находит способ выставить себя жертвой.
– Он утверждал, что проблема в деньгах. А фотографии мертвых женщин нельзя использовать для лечения рака… – Тейтум покачал головой. – Зато их можно продать. Помните, что сказал нам Свенсон?
– Он сказал, что люди готовы платить уйму денег за подобные штуки, – пробормотала О’Доннелл.
– Мы предполагали, что Гловер в Даркнете только покупал нелегальное порно, – подхватила Зои, ее глаза широко распахнулись. – А вдруг он еще и продавец? Сколько он выручил бы?
– Вероятно, много, – сказал Тейтум, – особенно за подлинные фотографии убийств. Если психи из Даркнета хотели, чтобы убийства были настоящие.