Горец-дикарь

В этот момент к ней подошла Энни.

– Похоже, моя свадьба заставила вас мечтать о своей? – спросила она.

– Конечно, нет, – ответила Кэтрин, надеясь, что ее голос звучит уверенно. – Здесь просто очень жарко.

– И все-таки я права. Почему бы вам просто не отправиться с этим красавцем в спальню и не избавиться там ото всех тревог?

– У меня нет никаких тревог.

– О нет, я вижу, что есть. – Энни покачала головой. – Вам нужно перестать бояться, Кэтрин. – Она слегка покраснела, потому что все еще не могла привыкнуть называть хозяйку Данлохана по имени.

 – Сэр Мюррей остался тут и помогал вам, не требуя взамен ничего, кроме улыбки. Неужели вы думаете, что ему просто нечем больше заняться? Есть только одна причина, по которой он все еще здесь, и эта причина – вы, Кэтрин. Мне кажется, вы должны узнать, что ему от вас нужно.

– Я и так точно знаю, что ему нужно.

– Ну конечно, этого он точно хочет. Ведь сэр Мюррей все-таки мужчина. А мужчина не задерживается в крепости, где живет красивая женщина, только затем, чтобы починить ей конюшни.

Нет, такого не может быть, особенно если он сам очень даже привлекательный, а скоро будет владеть землями и замком. – Энни похлопала Кэтрин поруке. – Я вижу, что мой любимый ищет меня. Да и ваш сейчас занят тем же. И только вы отказываетесь признать, что сэр Мюррей действительно ваш любимый мужчина. – И с этими словами Энни поспешила навстречу мужу.

Кэтрин проводила ее взглядом и почувствовала острый укол зависти, ко быстро подавила это чувство. Робби и Энни заслужили свое счастье.

Они рисковали своими жизнями, чтобы помочь ей вернуть то, что принадлежало ей по праву, но было отнято. И если сейчас ей не удается радоваться вместе с ними, то виновата в этом только она сама.

Кэтрин, почувствовала, что к ней подошел Лукас еще до того, как он положил руку ей на талию. Все, кто смотрел на них сейчас, понимали, насколько фамильярным было это прикосновение, и Кэтрин чуть было не отпрянула от него прочь. Но потом внутренний голос сказал ей, что тем самым она причинит Лукасу боль, ранит его самолюбие.

После всего того, что он для нее сделал, было бы хамством унижать его, отталкивая от себя так, как будто она может заразиться от него какой-нибудь неприятной болезнью.

Лукас прикоснулся губами к ее уху, и Кэтрин вздрогнула от желания, которое сразу проснулось в ней. Она посмотрела на бокал с вином и еле слышно вздохнула. Было глупо винить в этом спиртное, особенно если учесть, что никто не заставлял ее пить.