Горькая любовь, или Она не ты.

Роман поднялся в квартиру вместе с ней, это стесняло, но мужчина вёл себя ненавязчиво. Видно было, что он с интересом осматривался, но с вопросами не лез, и в маленькую комнату, которую занимала Лиза, только заглянул. Наблюдать, как и что она берёт из вещей, босс не стал.

– Холодильник, наверное, надо отключить? –   произнёс Роман Александрович, когда Лиза появилась в коридоре.

– И всё пропадёт. Нет, пусть работает, ведь я уезжаю всего на неделю, – отрезала девушка.

– Хорошо, вам виднее, – не стал спорить Роман Александрович  и  решительно забрал у неё из рук сумку.

 –  Сам донесу.

Всю дорогу до нового пристанища она пыталась понять – как так вышло, что она фактически уже на всё согласилась? Положим, не на всё, пока только на переезд и на проведение медобследования, но такими темпами босс уговорит и на остальное.

Ловко у него получилось запудрить ей мозги перспективами и мгновенным решением вероятных проблем.

И Лиза впервые подумала, какая счастливица его жена! За таким мужчиной, как за каменной стеной –  не ноет, не сваливает всё на женщину, а без лишнего шума и пафоса самостоятельно решает все задачи.

  Подумать только, он позаботился, чтобы за ней сохранилось место! Казалось бы, какое ему до этого дело? Но вот побеспокоился.

Как жалко, что его жена не может сама выносить малыша – что-то ей подсказывает, что такой мужчина и папой будет отменным.  Но, наверное, это просто закон равновесия в действии: если его жене достался такой мужчина, то судьбе что-то нужно было отнять. Вот она и отняла у неё  возможность стать матерью.

Жестоко, конечно, но с его деньгами и современными технологиями у этой пары есть все шансы стать счастливыми родителями.

Машина свернула к въезду во двор высотки, и  тут у Романа зазвонил сотовый.

– Ника! – голос Романа приобрёл мягкость и бархатные нотки. –  Хорошо, что позвонила, я нашёл сурмаму! Ну, на девяносто процентов нашёл, нужно еще кое-что проверить по медицинской части, и можно подписывать контракт и проводить ЭКО."

"– Боже, Ром, ты в состоянии говорить о чём-нибудь другом, а не только о деторождении? – голос незнакомой женщины, наоборот, мелодичностью не отличался.

Может быть потому что говорила она с заметным раздражением?

То ли Лиза сидела слишком близко, то ли в сотовом босса динамок был включен на полную катушку, но слышимость  оказалась прекрасной.

Меньше всего Елизавете хотелось бы присутствовать при семейном разговоре, но из машины не убежишь. И даже подальше отодвинуться некуда.