Горькая любовь, или Она не ты.

Пока-пока!

Телефон мигнул, сбрасывая вызов, и замолчал.

Роман некоторое время бездумно смотрел на зажатый в пальцах сотовый, потом отложил его в сторону и задумался.

Очень хотелось с кем-то поделиться. Или напиться.

Но завтра заключительный этап сделки с Глобалникстроем, так что спиртное исключено. А вот поговорить…

С кем, интересно, если ему нельзя разглашать тайну рождения наследника? Все, даже ближайшее окружение,  должны быть уверены, что ребёнка выносит и родит Вероника! Он и на эти съёмки согласился в большей мере именно поэтому – жена проведёт восемь месяцев в другой стране,  никто из знакомых не увидит, что у неё не было живота.

А что до картины, то пока отснимут, пока смонтируют, озвучат, год пройдёт, все забудут, когда это происходило. Потом,  всегда можно будет сказать, что Ника снималась  до беременности или в её начальном периоде, поэтому в кадре она стройняшка.

Но с кем-нибудь поделиться переживаниями и надеждами очень хотелось…

Романа буквально распирало изнутри – сам не ожидал, что идея с ребёнком его настолько захватит.

До этого мысли о наследниках его почти не посещали, и к детям он относился с опасливой осторожностью. А тут – насмотрелся на плакаты в Центре Репродукции и генетики, что ли? Куда ни глянь – всюду счастливые лица пап-мам и толстощёкие, румяные младенцы.  И на городских улицах сплошь и рядом реклама, где папа, мама и сын с дочкой – этакий эталон семьи. Раньше не обращал внимания, а теперь глаза сами находят. Наваждение какое-то!

Можно подумать, что он…

Мужчина замер, обдумывая мелькнувшую мысль.

Да ну, не может быть… С чего бы?

Но всё указывало – нет, не померещилось: он на самом деле хочет этого ребёнка! Своего сына или дочку… Сына, конечно, лучше – наследник, продолжатель фамилии! Сына, которого выносит для него чужая женщина.

Кстати, о Лизе – он слишком мало о ней знает, а именно от неё зависит жизнь его ребёнка на протяжении девяти месяцев!  Пусть  сын и не будет иметь с ней общих генов, но в теории телегонии всё-таки  что-то этакое есть.

Вдруг у Лизы был дед-преступник или  тётка-сумасшедшая, и в кровь малыша попадут следы испорченных генов суррогатной матери?

Мужчина отставил чашку с недопитым кофе – вот к Лизе он сейчас и поедет!

Во-первых,  перед ней он может говорить открыто, она непосредственный участник ЭКО. Во-вторых, надо же получше узнать её родословную, понять, что она за человек? Как минимум, чтобы обеспечить ей наиболее комфортную жизнь на время беременности.