Помнишь Захара Зернова?
— Захарчика? Конечно помню, — мама возвращается к столу и достаёт две чашки из пенала. — Вы же за одной партой сидели класса с пятого или шестого. Хороший мальчишка был. Как у него дела?
— Он врачом стал.
— Не удивлена, он такой целеустремлённый был.
— И он говорит, что не видит причин, почему я не могу забеременеть и родить. Говорит, что может попытаться подарить мне ребёнка.
Мама отвечает не сразу, и даже поворачивается через несколько секунд. Она-то прекрасно понимает, что тема эта очень болезненна для меня.
— И что ты думаешь? — осторожно спрашивает, развернувшись.
— Он хороший врач, мам. Если что-то можно сделать, он это сделает, тут я уверена. Если. Но он не Бог.
— Да, — кивает, но будто не мне, а своим мыслям. — На всё воля Божья, Вика.
Мы едим почти в тишине. Потом пьём чай, и я остаюсь ночевать у мамы. Завтра выходной, с утра в офис не надо. А сейчас я не хочу оставаться одна.
* * *Работа уматывает меня на все триста процентов из ста возможных. Какой-то корпоративный апокалипсис.
Уже доходит до того, что я закрываюсь изнутри, строго-настрого приказав Насте никому не говорить, что я внутри. Мне нужно делать свою работу."
"Но как только я поворачиваю ключ, начинаются бесконечные звонки на телефон. Запара за запарой.
— Мне нужен ассистент, — жалуюсь Ирине из финотдела на чудом вырванном у этого сумасшествия перерыве на кофе. — Не секретарша, хлопающая глазами, а именно ассистент.
— Он всем нужен, Вика, — Ира проворачивает палочкой в стаканчике, ломая красивую пенку на кофе. — В нашем отделе тоже бесконечный дедлайн.
— Это уже не дедлайн. Это задница, Ир.
Мы обе смеёмся. Но мы и правда упаханные. Я вон даже две шоколадные конфеты съела, чего чуть ли ни с детства уже не бывало.
— Вик, — Ирина чуть сдвигает брови, — но если серьёзно, ведь правда так и есть. Ты вон бледная какая-то. Я не обидеть, просто…
Нет, она правда не обидеть.
— Ты здорова, Викуль?
— Эм… вроде бы.
На самом деле я уже несколько дней чувствую недомогание. Ничего вроде бы не болит, но меня будто слегка ведёт. Хочется присесть, а лучше прилечь. Недосып, видимо, сказывается, я же и домой работу беру.