Тоже мне нежная фиалка! А вот люди за стеной внушают опасение. От таких лучше держаться подальше. Моей подруге тем более.
«Сниму ей квартиру в центре», – размышляю лениво. Не знаю как Саманта, но я эксгибиционизмом точно не страдаю."
"– У меня только одна просьба, Николя, – слышится прерывистый женский голос. Слабый и в то же время дерзкий. Каждое слово дается мадам с большим трудом. Видимо разыгрывается классическая сцена «вот на смертном одре я лежу красивая».
– Конечно. Говори, что надо. Я все выполню.
Голос у мужика властный и чуть надтреснутый.
– Я умираю, – вздыхает мадам.
– Не говори глупости, – раздраженно бросает он. В двойном «г» натренированное ухо улавливает знакомое придыхание. Южный говор. До боли родной.
Странная ситуация.
По-хорошему нужно свалить из квартиры. Немедленно! Тихо выйти из подъезда. Запрыгнуть в тачку и гнать до самого Парижа. А там снять номер в любом отеле. И оторваться по-взрослому.
Поднявшись с постели, так чтобы не скрипнули пружины матраса, шлепаю босыми ногами к окну.
Капец! Мы попали!
Незаметно выйти не получится. Лучше переждать. Затаиться на время. Прикинуться дохлым, как любит говаривать крестный.
Из глубины души поднимается дикое раздражение.
Саманта, твою мать!
После измены невесты я не ищу серьезных отношений. Жить можно и так. Менять девочек, вести бизнес.
Но слишком упряма. Подчиняется мне только в постели и не желает даже слышать о переезде в центр, считая любое мое материальное участие проституцией. Естественно, меня немного напрягает ездить на окраину города. Но что не сделаешь ради хорошего секса?
В Шангри-Ла мы бы точно не влипли в это дерьмо.
Но пить «Боржом» уже поздно. Сейчас главное, не нахамить упрямой девице. Еще один скандал тут явно ни к месту.
Подхватив с тумбочки сотовый, печатаю сообщение крестному. Интересно, он знает этого самого Николя? Насколько он опасен? Можно ли здесь оставлять Саманту?
«Какой адрес? Сейчас вывезем тебя», – через минуту приходит сообщение от пахана. Коротко и по делу. Он вечно занят. То бизнес, то жена с дочками.