Смотрела на Глеба и не понимала, за что он так со мной. Что такого я сделала, что муж поступал так ужасно?
– А если решишь развестись, я заберу Теодора."
"Выплюнув эти слова, Глеб усмехнулся. После чего сделал еще шаг к выходу из комнаты и бросил мне:
– Я за сыном.
Через пару минут за ним закрылась входная дверь. А я стояла, ища опоры у стены, и мне хотелось только одного.
Умереть.
– Оль, а чего у вас замки все нараспашку? – спросила мама, входя в квартиру.
Охнула, бросилась ко мне, запричитала:
– Господи! Что случилось? Что произошло? Что-то с Феденькой?
Я хрипло рассмеялась.
– С Тео все хорошо, мам, – передернула я плечами и, наконец, отлепившись от стены, направилась на неверных ногах к ноутбуку.
Моя обычная привычка. Я всегда провожала мужа, он целовал меня перед уходом, а потом я запирала дверь.
Подняв компьютер, который чудом уцелел после пике на пол, я со злостью захлопнула его и, поставив на стол, вдруг поняла – я больше не выдержу.
Из горла вырвался даже не стон – рев раненого животного. Мама испуганно выдохнула и снова бросилась ко мне.
– Оля! Что случилось? Кому мне нужно звонить?
Оклик вышел истеричным, что полностью отражало мое нынешнее состояние.
А я ее и ощущала – трагедию. Когда моя семейная жизнь уже была разрушена, но впереди ждали лишь новые потрясения и горечи.
– Так! Я звоню Глебу! – наконец, вскрикнула мама и схватилась за сумку, в которой лежал телефон.
– Не надо! – в ужасе отозвалась я.
– Тогда немедля рассказывай мне все! Или связаться с Риммой? Что с Федей? Где он?
Я сжала ткань простой домашней футболки в пальцах. В костяшках появилась противная боль от того, с какой силой я вцепилась в одежду.
– Глеб поехал за Тео. Скоро привезет… ну, я надеюсь.
Запрокинув голову, я расхохоталась, хотя, звуки, вырывающиеся из моего рта, больше походили на истеричные рыдания.