И это оказалась я!
В груди зарождалась волна протеста, пока я судорожно соображала, как бы так подальше послать товарища капитана, чтобы он подольше не возвращался!
Ну что за неделя выдалась?! Вчера меня бросил мой парень, позвонил и будничным тоном сообщил, что возвращается к бывшей! Утром мне позвонили с неизвестного номера, где приятный мужской НЕЗНАКОМЫЙ голос сообщил, что мы слишком разные и не подходим друг к другу. Дожили: меня даже чужие кавалеры бросают, потому что я им, видите ли, не подхожу!.
И на десерт на капоте учебной машины вместо куклы в свадебном платье – целый майор, который на самом деле капитан! Очень нахальный капитан, который за меня уже все решил.
Я вдруг резко затормозила и развернулась, буквально утыкаясь носом в грудь товарища капитана. Машинально сильнее втянула воздух, когда до меня долетел аромат его парфюма. От Мирона пахло свежестью, морозным бризом, которого безумно не хватало в зной летней жары.
Подняла голову, встречаясь с насмешливым взглядом, перевела глаза на губы Мирона, заметив, что тот с трудом сдерживает победную ухмылку и разозлилась еще больше.
Сделала шаг назад, выставляя ладони перед собой. План избавления созрел мгновенно. Товарищ капитан, как и мой утренний собеседник, скоро поймет, что мы друг другу не подходим!
– Кофе так кофе, – произнесла решительно, разворачиваясь к автомобилю Мирона.
Такого он явно не ожидал, потому что пару секунд раздумывал, а потом быстрым шагом догнал меня и галантно распахнул пассажирскую дверь:
– Прошу!
– Премного благодарна, – с достоинством кивнула я, усаживаясь на сидение.
Мирон сверкнул глазами, аккуратно захлопнул дверцу и пружинистой походкой хищника, который уже поймал добычу, обошел свой автомобиль.
Сел на сидение и легким небрежным жестом завел мотор.
Я же наконец получила возможность как следует своего спутника рассмотреть и поняла причину его самоуверенности. От него буквально исходила сильная мужская энергетика, окутывая коконом.
Точеный, изящно вылепленный профиль, ровный нос, пухлые губы, ямочка на правой щеке, когда он улыбался, и невероятная харизма. И глаза. Глубокие, голубые, всегда чуть насмешливые, с приподнятой вверх одной бровью. Он смотрел так, словно я перед ним уже голая стояла, и ласкал этим самым взглядом.