Сама это пережила и другому не пожелаю. Веришь?
– Верю, – кивнула Рина. – Я тебя знаю.
Обменялись телефонами. Жила теперь Светка где-то в Кузьминках, у черта на куличках – бывший муж «откинул» квартиренку, где подешевле.
– Нам хватает, – хмуро бросила Светка. – Только Машке до школы добираться черт-те сколько. Она старую школу не бросила – жалко.
Телефонами обменялись, но ни разу не созвонились. Это и понятно, кто они друг другу? Социальное положение у них было разное, что уж тут говорить. Кому охота чувствовать себя ниже и хуже другого?
Рина тогда шла к машине и думала: «Сволочь все-таки Н.
Ну и началось, конечно. Особо льстивые принялись писать торжественные хвалебные оды, в кабинетах и курилках стоял звенящий шепот: что подарить, как восхвалить и вознести.
Было противно. Н., мягко говоря, все не любили.
Рина решила: никаких личных подарков и никаких стишат! Подарок от отдела. Подарком поручили заняться Эдику. От такой ответственности тот сначала впал в транс, а потом и в истерику.
Но Рина стояла на своем: заниматься этим самой не хотелось, так было противно.
– Лучше ты, – сказала она плаксивому заму. – А то куплю в подарок крысиную смерть номер один.
Таким ядом в офисе недавно травили грызунов.
Эдик вяло хихикнул.
Наконец подарок выбрали – богатый дорожный несессер из кожи ската. Рина одобрила, и бедный Эдик наконец выдохнул и даже стал клянчить отгул – восстанавливать нервные клетки. Рина посмеялась, но отгул не дала:
– Перебьешься.
И вот настал час икс. С утра в офисе началась нездоровая суета – наряженные и благоухающие дамы зависали в туалетах, реставрируя осыпающуюся красоту. Бесконечные курьеры заносили корзины цветов. К пяти часам душно пахло духами и розами – цветы стояли в ведрах, банках, корзинах и вазах и ждали своего часа.
К пяти часам двери конференц-зала торжественно распахнулись, и потянулись сотрудники. В зале были накрыты столы. Рина отметила, что Н.